Да ничего. Ничего я не буду делать. Пусть гребаные твари вскрывают курятник, забирают моих цыплят и уходят. А я посижу под домом, тренируя так силу воли и контроль над чувствами, а если они тут задержатся, переберусь в дом и буду наблюдать через камеры, нервно покуривая и поглаживая приклад ружья. И это единственно правильный и максимально разумный ход. И…
Надо мной и чуть сзади громко и противно зазвенело, и я враз окаменел, застыв с перекошенной улыбкой почище, чем у тварей. С-су-у-ука! Это звонок мессенджера на планшете – кто-то пытается дозвониться… а гаджет не на беззвучном режиме…
С-с-су-у-ука!
Я отвел глаза в сторону лишь на миг, а когда вернул их к прицелу, твари уже были не у курятника. Одна из пар ног стремительно сместилась в сторону, резко завернула за угол и побежала вдоль дома с другой стороны. Ноги второй твари вдруг исчезли, а через секунду появились вновь на пару метров ближе – мужик просто прыгнул от курятника и почти до самых ступеней. Спустя еще мгновение он уже не стоял, а лежал на животе и находился на метр ближе. Слишком быстро!
За моей спиной послышался шум бегущих ног – тварь обежала постройку! Мужик спереди резко подался вперед, просовывая себя под дом в пространство между сваями, а следующим движением он сократил расстояние между нами еще где-то на метр. И только сейчас он разглядел в сумраке меня, оскалился, впился пальцами в землю и дернулся ко мне. Перехватился рукой за свайную опору, скользнул по земле, щеря зубы…
Выстрел. Ружье дернулось в руках, и я перестал что-либо слышать, кроме звона в ушах. Стрелял я почти в упор и попал в голову. Я дернул спуск еще раз, но ружье было пустым. Мужик уронил голову на землю и не двигался. А я вспомнил о еще одной твари, резко крутнулся в сторону, привставая, и с силой ударился звенящей башкой о брус. Стволы оружия зацепились хрен пойми за что, я не смог толком повернуться, и единственное, на что меня хватило, так это опять плюхнуться в яму и выпустить ружье.
Там, где только что было мое лицо, мелькнула, как мне показалось, когтистая лапа; спустя секунду вперед с шорохом скользнуло гибкое нагое тело, дернулось ко мне и… Тварь поймала грудью две пули, а третья, из-за того что отдача дернула ствол вверх, вошла ей между верхней губой и носом. Тварь не издала ни звука. Забившись, застучав ногами, она – с пробитой головой! – продолжала тянуться ко мне обеими руками, медленно сползая в яму. Я выстрелил еще два раза, целясь ей в голову, и не промахнулся. Чуть ли не подыхая от боли и дикого звона в ушах, я встал, откинул люк, даже не услышав его грохота, подхватил ружье, забрался в дом, где опустил крышку, навалил ящики, едва не раздавив гребаный планшет, и уселся сверху. Дрожащими руками зарядил ружье, дотянулся до планшета, положил одно оружие на колени, другое – рядом на ящики и замер, смотря на экран, куда выводилось изображение с камер наблюдения.
Никого у ворот. Никого со стороны лесополосы. Никого на участке, не считая цыплят. Пусто. Успокаивающе пусто. Но я просидел так еще четверть часа, продолжая смотреть на экран и ждать, считая про себя минуты. Если рядом есть твари, то они услышали и придут. Это неизбежно. Они придут. Но я в домике. Я в домике… и хер вы меня выцарапаете отсюда без боя!
Никто не явился ко мне в гости. Ни через четверть часа, ни через полчаса, когда я уже более-менее пришел в себя и, массируя уши, успел выкурить пару сигарет, выхлебать энергетик и посмотреть, кто же там, мать его, звонил в такой неподходящий момент. Бажен… мне звонил Бажен. Вот когда надо, так хрен до него дозвонишься, а как твари бродят – он звонит! Хотя виноват я и только я… расслабился, поставил планшет на громкую, чтобы не пропустить сообщений. Вот и не пропустил… дебил.
Но я справился.
Справился!
Я убил двух тварей! И даже при этом не обоссался – а это я сразу проверил.
Я все же тигр, а не олень! Меня чуть не убили и не сожрали, но я все же тигр, а не олень! И кур своих сожрать не дал!
Я защитился сам и защитил свой дом.
А еще теперь у меня под полом два трупа с огнестрельными ранениями, и их оттуда как-то надо вытаскивать, а потом куда-то девать, ведь они начнут разлагаться и вонять на всю округу – а мне уже хорошо знакома эта страшная, неистребимая вонь мертвых тел.
Свежей струей в звенящую голову пришло понимание: не находись я в тесном пространстве, где у тварей просто не было возможности показать себя во всей красе, я бы уже был мертв. Меня спасла теснота. Они даже увернуться не могли, перли на меня ползком, и я стрелял в упор. И даже так я почти опоздал. Но теснота меня спасла.
Но я все же тигр… тигр…
Планшет зазвенел опять. Бажен. Ткнув в пиктограмму, я дождался соединения и крикнул:
– Я тигр!
Планшет вроде как выругался – не расслышал из-за звона в ушах – и я повторил:
– Я тигр! Тигр я!
– Тихон!
– Тигр я… ох… тигр… – проведя рукой по макушке, я ощутил влагу – пот? – но когда глянул на ладонь, в свете лампочки увидел кровь.
