Текст письма профессора Иоганна Гутенберга, адресованного Верховному архивариусу и перенаправленного в Черные архивы. Недоступно для чтения в Кодексе
С глубочайшим уважением и любовью, какие я всегда к вам испытывал, великий архивариус, обязан спросить, почему Вы приказали библиотечным солдатам уничтожить модель приспособления, которое я Вам описывал, приспособления, которое, я верю, может стать чрезвычайно важным и только добавит величия Библиотеке.
Я также должен спросить, почему солдаты отняли все мои документы, чертежи и журналы, в которых упоминается данное изобретение, и наведались к моим родным прямо в дом, приказав ничего не рассказывать обо всем произошедшем под угрозой пыток и смерти.
Я не могу поверить, что все это сделано с Вашего разрешения, а если и так, не верю, что Вы тщательным образом изучили все чудесные возможности, способные превознести Великую библиотеку с помощью моего изобретения.
Если позволите, я бы хотел прибыть для личной встречи и доказать Вам, что мое изобретение принесет лишь благо.
Текст пометки на полях письма, написанной Верховным архивариусом того времени и адресованной руководителю отдела Артифекса. Недоступно для чтения в Кодексе
Позвольте ему встретиться с Вами. У меня нет никаких сил выполнять всю эту кровопролитную работу. Его семью также необходимо приструнить, и Вы должны проконтролировать, чтобы все было выполнено. Сделайте все, что потребуется, чтобы никто больше не узнал об этом изобретении. Я хочу, чтобы всем, кто узнал об устройстве, заткнули рты и выкололи глаза.
Мне противна необходимость подобных жестоких мер, однако безопасность Библиотеки стоит превыше всего. Останется только молиться Богу, если подобные знания когда-либо окажутся на свободе.
Гроза еще не началась, когда спустя еще час в мастерскую вошел Бек с маленькой шайкой своих последователей и охранников.
– Надеюсь, вы не пригласили меня без причины… – Он умолк. Свет, просачивающийся сквозь окно и исходящий от масляной лампы, поблескивал на шестеренках, металлических пружинах и высокой деревянной раме. По крайней мере, Джессу казалось, что построенная ими машина выглядит впечатляюще, и Бек тоже тут же поразился. Тут же. Он замер, а затем медленно обошел машину и подозвал Томаса.
– Интересно, – сказал наконец он. – Объясни мне, как она устроена.
– Лучше мы вам покажем, – ответил Томас. – Джесс? Чернила и бумагу.
Джесс покрыл чернилами буквы, а затем положил в нужное место листок бумаги.
– А теперь, господин Бек, шаг назад. Все отойдите, пожалуйста.
Бек настороженно отошел, как и все его люди, когда Томас опустил рычаг. Когда раздался скрежет механизма, Бек изумленно ахнул, а его охранники потянулись к оружию. К счастью, они, кажется, не понимали, кого именно надо бить и от кого защищаться.
– Эта штука не опасна, – сказал Томас совершенно спокойно. – Сейчас увидите.
– Увидим
Томасу каким-то образом удалось не обратить никакого внимания на их перебранку. Что было… очень в духе Томаса.
– Эта машина станет для поджигателей будущим, – сказал Томас. – И для Библиотеки. Джесс?
