И тогда я понял. Этот Охотник был свободным зверем. Древней, дикой силой, что чувствовала моё присутствие. Он явно не собирался устраивать дружескую беседу. Более того, он расценивал меня как врага. Видимо, в тварей заложена какая-то генетическая память. Черт его знает. Он точно понимал, что перед ним некромант, которого надо грохнуть.
Не успел я осознать данный факт до конца, как Охотник начал действовать. Его движения были стремительными.
Он метнулся в нашу сторону с пугающей бесшумностью и скоростью. Его невидимый взгляд прожигал меня насквозь.
— Пригнись! — рявкнула Рыжая.
Я инстинктивно рухнул на колени, и в тот же миг над моей головой пронёсся огромный хитиновый кулак. Отвечаю. Просто огромный кулак, будто принадлежавший великану.
— Охренеть… — Выдохнул я, понимая, что сейчас стал свидетелем того, как действует магия Лича.
Рыжая больше не привязана ни к каким стихиям. Она просто делает, что ей в голову придёт. Захотела — сотворила гигантский кулак из воздуха.
— Твой выход, мальчишка! — крикнула Рыжая, превращаясь в размытое пятно.
Она кинулась на Охотника, как уличный мальчишка в драку. Ее руки и ноги мелькали, нанося удары твари. Лич отвлекала Охотника максимально простым способом — пыталась набить ему морду.
Времени для того, чтоб выработать стратегию и тактику, не было. Поэтому я пошел самым простым путем. Драка — значит, драка. Нужно вспомнить все, что мне показывал Рик.
Я сосредоточился на тенях. Рик учил меня сливаться с ними. Здесь этого добра было полно. Я представил себя одной из теней, потянул Силу Безмирья. Тени дрогнули, сгустились. Я рванулся вперёд, используя их для скорости и дезориентации.
Охотник отмахнулся от Рыжей, но та успела скользнуть в сторону до того, как мощная лапа твари ударила ее. Действия Лича были не для урона, а для отвлечения.
Я метался вокруг, стараясь попасть в суставы, в сочленения хитиновых пластин. Мои удары, наполненные Силой, были быстрыми, но, надо признать, для Охотника слишком слабые.
Внезапно Рыжая остановилась, раскинув руки. Её глаза вспыхнули светом, а из ладоней вырвались два сгустка чёрного огня. Не красного, привычного человеческому глазу, а жуткого, холодного, безмолвного пламени, которое, казалось, поглощало саму суть света. Огонь обволок Охотника, окутывая его коконом.
Это была магия Рыжей, трансформированная Безмирьем. Холодный огонь не обжигал, а замораживал, высасывая энергию, сковывая движения. Охотник дрогнул, его хитиновые пластины покрылись коркой инея.
— Бей! — крикнула Лич, её голос дрожал от напряжения.
Я рванулся вперёд, целясь в сочленение на шее Охотника. Подпрыгнул вверх, а потом, прямо в полете, представил, как в моей руке появляется кинжал. Не знаю, откуда возникла мысль, что подобный фокус сработает. Интуиция, наверное, подсказала. Но он реально сработал. Я с удивлением уставился на оружие, возникшее в моей руке словно воздуха.
Я вложил в удар всю доступную Силу. Кинжал, часть меня здесь, промелькнул, оставляя чёрный след. Удар был точным, из сочленения хлынула густая, чёрная, почти нефтяная кровь Охотника.
Это был не смертельный удар, но он замедлил тварь. Охотник взревел — звук, похожий на скрежет металла и стон умирающего мира, — а затем метнулся к Рыжей, игнорируя меня. Либо он чувствовал в ней большую угрозу, либо наоборот — решил добить нас по одному и начал с того, кто слабее.
Я попытался перехватить тварь, но он был слишком быстр. Огромная, мощная лапа обрушилась на Лича, отшвырнув её в сторону.
Летела, конечно, Рыжая красиво. Метров на десять ее отбросило. Она впечаталась спиной в землю, рухнув едва ли не плашмя, а потом… рассыпалась мириадами чёрных искр, и через мгновение вновь собралась в полноценного человека, но двигаться стала медленнее, её чёрный огонь мерцал неустойчиво.
Охотник обернулся ко мне, в его безглазых впадинах чувствовалась ярость. Это странное ощущение, скажу я вам. Когда ты не видишь, а просто чувствуешь.
Стало понятно, кто был истинной целью твари. Это конец. Рик научил меня драться, Рыжая показала Силу, но против мощи Охотника, да еще на его территории, я был всего лишь мальчишкой.
Тварь взмахнула лапой и серая взвесь вокруг превратилась в хлёсткую, ледяную плеть, которая рванулась к моему горлу.
— Твою мать! Почему он вообще умеет колдовать⁈ Это же, блин, типа животное! — Взвыл я, пытаясь уклониться, но Безмирье будто встало не на мою сторону. Воздух сгустился еще сильнее, замедляя мои движения.
И в этот критический момент, когда плеть уже почти сомкнулась кольцом на моей шее, из ниоткуда, словно вынырнув из самой сердцевины пульсирующей черноты, выпрыгнул еще один Охотник.
— А-а-а-а-а! — Заорал я на адреналине, не зная, как еще выразить свою радость.
