Голоса примолкли, затем послышался скрип ботинок по гравию и удаляющиеся шаги. Некоторое время мы еще лежали неподвижно, вслушиваясь в темноту.
Гризли слил. Так и есть. Просто взял и сдал. Нас. Лору. Меня.
От осознания этого сердце сжалось. Не то чтобы я ждал от него верности или защиты, но все равно было как-то паршиво. Особенно за Лору. Она ему так-то деньги зарабатывала своими кражами. Втихаря. Таскалась на Верхние улицы, рискуя жизнью. А он… просто выбросил нас.
— Слышала? — мой голос в темноте был тихим и хриплым.
Лора ответила не сразу. Я почувствовал, как она тяжело вздохнула рядом. Помолчала. И только потом спокойно, будто речь шла об обыденных вещах, сказала.
— Слышала… Значит… назад нам дороги нет.
Назад — это в банду. К тем, с кем мы делили кров, еду и опасности. К тем, кто теперь, скорее всего, думает, что мы либо в лапах Патруля, либо сгинули в канализации. Гризли позаботился. Он закрыл за нами дверь. И не просто закрыл, а запер на несколько замков, приманив гвардейцев.
Я почувствовал, как Лора заерзала и тихо застонала сквозь зубы. Ее дыхание стало прерывистым.
— Лора? Ты как?
— Плечо… болит… сильно. И… кажется… хуже становится. Что за тварь такая… Раны неглубокие вроде, но такое ощущение, что у меня рука просто гниет заживо и вот-вот отвалится. Боль адская. Простреливает до самого нутра.
Я потянулся к девчонке, в темноте нащупал ее плечо. Под разорванной тканью кожа была горячей, липкой. Даже пальцами я чувствовал, что мерзкая гнойная пленка на царапинах стала толще, распространилась дальше.
Дрянь, которой заразила ее тварь, действовала поразительно быстро. А уже очевидно, дело не в самой ране. Видимо, когти Охотника смазаны каким-то ядом. Если не остановить это…
Паника снова подступила к горлу. Что делать? Куда идти? Назад нельзя. Вернёмся в банду, Гризли сразу сольет нас повторно, только теперь с более плодотворным итогом. Мы один черт загремим В Цитадель, а это — верная смерть. Особенно мне.
Оставаться в канализации вечно? Бред.
Нужно что-то придумать. Иначе Лора может пострадать еще сильнее. Ее рана с каждым часом становится все хуже.
В городе, разбитом на сектора, где каждый квартал контролируется бандой или патрулем, где чужак сразу бросается в глаза — в каком месте мы можем спрятаться? Я знал Нижние улицы, как свои пять пальцев, но все мои знания были связаны с бандой Гризли. Без «Грозы», чего уж скромничать, мы — просто добыча.
— Не знаю, что делать, Лора, — признался я, чувствуя себя полным ничтожеством. — Не знаю, куда нам теперь…
В темноте послышался очередной тихий вздох.
— А я знаю, Малек. Есть одно место… Там не спрашивают, кто ты и откуда. Главное — принести что-то взамен… или просто заплатить. И там… там есть люди, которые знают о всевозможной заразе.
— Что за место? — я напрягся.
— Идем. Лежать здесь, пока меня жрет эта дрянь, — не вариант. — Уклончиво ответила Лора.
Мы медленно, осторожно поползли к решетке. Учитывая, что находилась она в стороне от входа, через который проникли в канализацию, надеюсь, патруля рядом не окажется.
Выбираться было так же тяжело, как и залезать, только теперь каждый рывок обходился Лоре болью в плече.
Наконец, мы вылезли наружу, прямо под моросящий дождь. Воздух, хоть и пах городской гнилью, показался свежим после духоты канализации.
Следующий час мы буквально крались по Нижним улицам. Его непрекращающаяся суета была нашим единственным союзником. Город вокруг жил своей особой, мрачной жизнью. Высокие остовы зданий, чернеющие на фоне серого неба, казались оскалившимися монстрами. Тени прятались в проулках, в пустых глазницах окон.
Когда-то давно Нижние улицы задумывались, как обычные рабочие кварталы. Говорят, здесь даже было неплохо. Но потом… Потом что-то пошло не так.
Ветер свистел, носил с собой обрывки далеких криков, запах сырости, мусора, дыма и чего-то сладковато-тлетворного — обычный аромат Нижних улиц. Разбитый асфальт хрустел под ногами, каждый звук казался предательски громким.
Мы шли быстро, но Лоре явно такая скорость обходилась дороговато. Она прижимала руку к плечу, губы были сжаты в тонкую линию, дыхания сбивалось. Я заметил, как ее лицо стало еще более бледным.
— Нам далеко? — спросил я тихо.
— Нет… осталось немного… — ответила девчонка, голос ее дрожал.
Честно говоря, мы, конечно, сильно рисковали. Опасности подстерегали на каждом шагу. Из темных подворотен могли выскочить бродяги, готовые убить за гроши или за хорошие ботинки. Патруль мог кружить где-то неподалеку. Или, что хуже, Гончие.
Меня на теме Имперских Псов вообще немного закоротило. Я все время ощущал на спине фантомное прикосновение чужих глаз. Будто Гончие уже все знают и идут за мной.
В одном месте мы услышали шаги и метнулись в узкую расщелину между двумя домами, пропуская мимо патруль из пары гвардейцев с ручными фонарями. В другом, едва не столкнулись с кучей пьяных оборванцев, но те, кажется, были слишком увлечены дележкой украденного кошелька.
