Сергей обошел стороной обугленный на шее труп с вздыбившимися волосами и подступил к Рокки. Нагнулся. Рокки в ответ слабо улыбнулся разбитыми губами. Самостоятельно подняться на ноги у смугляна сил уже не оставалось.
– Ты жив? – задал Сергей необязательный вопрос.
Что-то просвистело в воздухе. Пепел оглянулся...
Нет, только начал оборачиваться, когда...
Когда затылок промялся под ударом.
Падая, Сергей увидел на шпалах лом, которого до этого не было. В тумане, затопившем сознание, прозвучала глупая фраза «Против лома нет приема». И наступила тишина...
Маша повернула ключ и толкнула дверь, та открылась без скрипа. Маша вынула ключ, ступила в прихожую и захлопнула дверь за собой. Только теперь девочка почувствовала себя в некоторой безопасности.
Прогулялась на кухню, нашла в холодильнике бутылку молока, а в хлебнице не успевшую зачерстветь булку. Отщипнув приличный шмат булки, девушка стала пить молоко с булкой вприкуску, загнав в потайные уголки души думы про избыток калорий. Заглянула в ванну, набор шампуней Машу не устроил, с булкой и молоком гостья направилась в комнату.
Здесь первым делом в глаза Маше бросились две вещи: ядовито-пронзительные тревожно-зеленые цифры на электронных часах и спящая в железной, с шишечками, кровати поверх покрывала незнакомая девица. Маша отставила молоко, положила булку и внимательно осмотрела спящую.
В домашнем халатике; миловидное, но не более, личико гражданки еврейской национальности; фигурка приятная, правда, годика через четыре попа раздастся, талия трапецевидно упростится, грудь опадет и щеки свесятся. И крошка станет перемещаться исключительно гусиной походкой. Впрочем, зря Маша сходу окрысилась на бедняжку, еще не известно, кто она Сергею такая. Вряд ли знойная полюбовница, на таких подружках обычно женятся, а не крутят лихую любовь; причем, женятся исключительно мужчины «не первой молодости», желающие найти «тихую гавань».
Маша оглянулась на вычищенный до блеска и повешенный на стену дуэльный пистолет двухвековой давности и решила не мешкать с допросом. Крутнула ручку громкости на полную и ткнула кнопку «power» на магнитоле. Из динамиков хлынул торжественный гимн «Лав-радио»:
Девушка испуганно подхватилась и сонно захлопала ресницами. На словах «Мне мое солнышко больше не светит, Мне мое солнышко больше не светит…» Маша заткнула глотку динамикам.
– Ты кто такая? – нагло, будто имеет на это право, возмутилась проснувшаяся.
– Это ты что за коза?
– Я здесь хозяйка.
– Сейчас появится Сергей, и выясним, что ты за хозяйка! – презрительно надула губки Мария.
– А Сергей сюда собирается? – На лице незнакомки мелькнула радость, и Машу обвеяло сквознячком мимолетных подозрений. – Так, девочка моя, рассказывай мне все по порядку. Откуда ты знаешь моего жениха!? – Приемчик с «женихом» Маша одолжила у одной из подруг, безотказное оружие против соперниц.
– Поздравляю, – сказала незнакомка, и не было в ее голосе ни капли завистливого яда.
Так не играют, эта соня действительно была равнодушна к Сергею Ожогову. Маша опять приободрилась.
– Не переживайте, я равнодушна к Сергею. Меня зовут Соня, но я действительно хозяйка этой квартиры на правах наследства.
– Маша. – Хитрая Маша умолчала, что незнакомка почти прочитала ее мысли, и решила вести себя с этой еврейской девушкой очень осторожно. – Мария Петрушкина. С Сережей я познакомилась на фестивале «Евровидение» в Риге.
– Так вот где он пропадал. А я жду, жду. Нет, Мария, вы ничего такого не подумайте. Просто в эту квартиру Сергея поселил мой отец. И вообще, мой папа Сергею покровительствовал, потому что когда-то дружил с Сергеевым папой. Вы знаете, что Сергей долго сидел в тюрьме? Вот папа и помогал вышедшему на волю Сергею на первых порах.
– А теперь решил, что помог достаточно, и выставляет из квартиры? – опять растопырила боевые плавники Маша.
– Нет, папу убили бандиты, а меня захватили в заложницы. Мне чудом удалось сбежать, и теперь я на этой квартире прячусь.
– Извини. – Маше стало стыдно за резкий тон. И еще, с учетом произошедшего в последние два дня, Маша поняла, что Соня – не случайный персонаж.
– И жду Сергея, – кивком поблагодарив за сочувствие, договорила Соня.
– Долг платежом красен? – Марии было стыдно, но разобраться в ситуации казалось более важным, чем поддаться сантиментам. И, не будем забывать, Мария вела допрос, поскольку сама оказалась запутана по уши в кровавые разборки, а жить хотелось.
– Нет, Сергей тоже стал невольным участником этой истории. И сейчас является единственным, кто знает какой-то пароль, открывающий доступ к очень дорогой коллекции золотых вещей. Понятно, из-за этого на Сергея охотятся все бандиты Петербурга.
