— Нет способа лучше, только хуже. Диадема все равно погибнет, но медленной, мучительной смертью вместе со всей Звездой. — Хортрэп пристально посмотрел на кремнеземца. — Так кто же предупредил тебя, Мрачный?
— Возможно, эти люди ничем не хуже нас, — продолжал уговаривать Софию Мрачный. — Вы убивали их, чтобы спасти друга, и я бы поступил точно так же, но почему вы не подумали о том, что и они могут защищать своих друзей? Ведь все они простые смертные, правда сбившиеся с пути, испуганные, но сражающиеся за своих близких, и разве правильно убивать одних, чтобы спасти других?
— Мрачный, ты сейчас лопнешь от усердия, — сказал Хортрэп так натужно, будто и сам готов был лопнуть. — Ну-ка, соберись, сосредоточься... Кто предупредил тебя о том, что здесь случится? Мы, твои друзья, полагаемся на твою честность.
Какое-то время мальчишка боролся с собой, а затем посмотрел в глаза Софии:
— Безликая Госпожа. В Эмеритусе, в храме Черной Стражи.
— Ни хрена себе!
София не вспоминала об этой голозадой богине уже не один десяток лет. А она, стало быть, все еще шевелит дерьмо и натравливает на Софию своих приспешников? Если только... Она оглянулась на Хортрэпа:
— Думаешь, она именно поэтому набросилась на нас так свирепо? Может, уже тогда знала, что я приду сюда, чтобы сделать выбор?
— Философские дискуссии о предопределенности и свободе выбора могут подождать, — заявил Хортрэп, наблюдая за тем, как щеголь — кто бы мог подумать! — о чем-то беседует с кардиналом.
Словно почувствовав, что колдун смотрит на одного из их лидеров, охранники плотней сжали кольцо, и София задумалась о том, сколько пройдет времени, прежде чем они ринутся в атаку, чтобы затолкать кучку подстрекателей во Врата.
— Кроме того, в нашем путешествии в Эмеритус мы могли отдавить ей любимую мозоль по множеству самых разных причин. Если она действительно богиня этих людей, то не могла благосклонно смотреть, как мы воруем их святыни.
— Вы что-то у них украли? — удивленно спросил Мрачный.
— Как бы то ни было, почему одинокая богиня из покинутой страны должна беспокоиться за Диадему? — подумала вслух София. — Очевидно, она решила, что мы затеяли плохую игру, но означает ли это, что она заглянула в будущее и узнала, что случится после того, как я уничтожу этот город?
— Возможно! — ответил Хортрэп. — Называй ее как угодно — королевой демонов, богиней или нечистым духом, она все равно останется мыслящим средоточием зла, явившимся прямо из Изначальной Тьмы. Разумеется, она хочет остановить тебя и не допустить, чтобы этот город был принесен в жертву. Она знает, что это единственный способ спасти наш мир от вторжения демонов!
— Она... э-э-э... — Мрачный сдвинул брови. — Она не показалась мне такой уж плохой при встрече.
— Она богиня демонов! — процедил Хортрэп. — Не больше и не меньше!
— Мог бы и потише, — проворчала София, заметив, что щеголь и кардинал смотрят в их сторону.
Уже рассвело, и она узнала того самого наследника, чья речь произвела на нее сильное впечатление во время первого заседания Народной Стаи. Этот пожилой человек говорил вполне разумно, но в дальнейшем и он сам, и другие члены его реформированной церкви повели себя ничуть не лучше прежней Цепи, приняв участие в заговоре против двух королев.
— У нас в Юниусе верили, что Безликая Госпожа пожрала свой народ в Эмеритусе, — сказала Индсорит, спокойно воспринявшая все эти разговоры о конце света. — И еще нас учили, что Джекс-Тот постигла та же судьба, — оба народа слишком полагались на своих богов, но те их предали, потому что были вовсе не богами, а просто голодными демонами, которых вызвали священники в тщетной надежде на то, что смогут управлять ими.
Мордолиз фыркнул и попытался просунуть голову под руку Софии, обнимавшую за плечи Индсорит, несомненно рассчитывая подкрепиться так редко гостившей в сердце хозяйки радостью, но она одним взглядом отогнала его. У нее не было желания притворяться, будто он обычный пес, и, вероятно, уже никогда не будет. Но свое подлое дело он уже сделал, Индсорит вывернулась из ее объятий и неуверенно поднялась на ноги, чтобы избавиться от собачьего дыхания. Увидев брошенный Хортрэпом окровавленный черный меч, она улыбнулась и подобрала его. А Хватальщик тем временем настаивал, что дело не терпит отлагательств:
— Каждая минута нашего бездействия стоит жизни многим людям. Друзья погибают, надежда все тает и скоро исчезнет совсем. Пока мы тут разговариваем, Джекс-Тот начинает решающий штурм. Мы должны прогнать армии телепатов туда, откуда они явились, и не допустить, чтобы исполнились ужасные пророчества.
— Армии телепатов? — Это и в самом деле звучало невесело. — Ужасные пророчества?
