А в одном месте им пришлось свернуть с главной, и пробираться другими дорогами, на что потеряли полтора часа. Просто впереди показался блокпост, мимо которого Иван побоялся ехать. Больно уж вид ребят с автоматами ему не понравился. А ещё имелись тела, которые вмёрзли в почву, превратившись в груду оледеневших трупов. Правда, многих едущих свободно пропускали, а иных останавливали и грабили. Но рисковать не хотелось. Хватит с него убийств. За последнее время, мужчина и без того прикончил стольких, сколько не случилось за шесть месяцев после катастрофы.
— Интересно, как мы легко потеряли…
— что именно? — обернулась к нему девушка.
— Всё. Абсолютно всё. Цивилизация рухнула довольно быстро, хотя мы могли бы избежать всего этого. Это в Америке там задница, а у нас ещё терпимо. Поэтому, я не понимаю, как власти могли упустить ситуацию из рук, допустив разгромы, банды и убийства.
Юля ничего не ответила. Да и что она могла сказать?
«Нива» начала съезжать с дороги, остановившись на обочине. Иван заглушил двигатель, уставившись перед собой, после чего вздохнув, открыл дверцу.
— Почему мы остановились?
— Заправиться надо.
Накинув капюшон, мужчина поморщился от холода, оглядевшись. Недалеко находилось какое-то здание, может быть придорожная шашлычная. Вдали виднелись многоэтажки и серый забор, что убегал к помещениям, то ли ангарам, то ли складам.
— Холодно, — пожаловалась девушка, также покинув салон.
— Ничего, сейчас поедем. Только залью в бак бензин.
Иван взялся за канистру, тряхнув её, определяя количество, после чего замер, услышав нарастающий звук, который быстро приближался.
— Кто-то едет, — обернулась к мужчине Юля, говоря очевидное.
Кортеж из автомобилей показался из-за пелены дождя. Разноплановые внедорожники, смешанные с военным транспортом, двигались по обледенелой дороге, издавая мерзкий скрежет шин. Иван замер с канистрой в руках, понимая, что прятаться уже поздно. «Нива» была слишком заметной на фоне серого пейзажа, а он сам — лишь маленькой фигурой, прижатой к холодному металлу машины. И как назло, больше никого из едущих.
Юля стояла чуть впереди. Лицо побледнело сильнее, когда она увидела приближающиеся фары, радиаторные решётки. Её руки инстинктивно сжали край бушлата, словно это могло защитить от надвигающейся опасности.
«Чёрт возьми, только этого ещё не хватало, — подумалось мужчине. — Может пронесёт?»
Не пронесло. Автомобили проехали мимо, но не успели они отъехать далеко, как колонна начала тормозить. Секунду спустя всё затихло. Только ледяной дождь продолжал барабанить по капоту «Нивы», создавая непрерывный фоновый шум.
— Что происходит? — прошептала Юля, делая шаг назад.
Иван не ответил. Он просто ждал, зная, что следующие секунды решат их судьбу. Дверца одного из автомобилей открылась, и из неё вышли двое бойцов. Их лица были скрыты масками, а на груди висело оружие. Один из них поднял рацию и что-то произнес короткими лающими фразами. Затем он повернулся к Юле, указывая на неё пальцем.
— Шрам желает тебя видеть, — произнес он глухим голосом. — Давай сюда. Вот в эту машину.
Девушка покачала головой, отступая назад. Спина уперлась в холодную поверхность «Нивы». Паника начала охватывать её, но она старалась сохранять внешнее спокойствие.
— Нет. Я не пойду никуда.
Боец сделал шаг вперёд.
— Не заставляй Шрама ждать, — предупредил он. — Босс не любит этого. Сядешь, как я тебе сказал, вон в тот внедорожник.
Иван решил действовать. Он поднял руки вверх, демонстрируя, что не собирается оказывать сопротивление.
— Парни, — сказал он спокойно, стараясь не провоцировать напряжение. — Мы никому не причиним вреда. Просто… оставьте нас в покое. Нам нужно добраться до дома.
Однако один из бойцов развернулся к нему, направляя автомат. Без предупреждения прозвучал одиночный выстрел. Пуля ударила Ивана в грудь, и он рухнул на ледяной асфальт. Боль пронзила тело, но он почти сразу понял, что пуля каким-то чудом попала в револьвер, который он отобрал утром у бандита. Тот находился под бушлатом.
«Не иначе чудо», — подумалось ему в ошеломление.
Бойцы больше не обращали внимания на поверженного мужчину. Они схватили Юлю, которая пыталась сопротивляться, но силы были явно не на её стороне. Девушку потащили к машине, а она кричала и кусалась, зовя на помощь.
— Не ори, дура! Ща я тебе по морде дам!
— Э-э! — воскликнул второй, останавливая. — Мордаху не порть, иначе тебе Шрам жопу порвёт. Он не любит тёлок попорченных.
— Вот чёрт! Да хватит визжать! В машину я сказал полезай, тупорылая ты!
Из «Нивы» выскочил Вовка. Глаза его были полны слез и страха.
— Оставьте её! — закричал он, бросаясь вперед.
Однако один из бойцов легко отбросил его ударом кулака. Мальчик упал на землю, продолжая плакать и звать сестру. Но колонна уже тронулась, исчезая в пелене ледяного дождя. Другие бойцы, из последнего автомобиля, начали обшаривать «Ниву», забирая всё ценное: оружие, бензин, продовольствие.
Морщась от боли, Иван отдышался.
«Вот суки».