Ополчение поднялось на шлюпы, исхитрившись набиться в несколько неиспользуемых жилых блоков, закреплённых в грузовых захватах шлюпов. Неадекватная замена десантным капсулам, но лучше так, чем никак. Защитные контуры были встроены в жилые блоки и позволяли шлюпам развивать более высокую скорость, чем, если бы ополченцы просто «сели «на броню». Сразу после этого два шлюпа отправились на САЛАК, один — на перехват дрейфующего корабля Чужаков, сначала подобравшего, потом сбросившего яхту.
«Прайм» задержался в точке базирования, поднял на борт весь оставшийся персонал, ремонтные и производственные комплексы, медицинские и блоки жизнеобеспечения; всё остальное можно было подобрать потом, и дал небольшой разгон на САЛАК. Персонал приступил к расконсервации оборудования во время инерциального хода. К моменту начала торможения всё должно было быть готово. Манёвр не сложный, рассчитать его не составило проблем, в результате «Прайм» обнулил взаимное смещение в ста двадцати километрах от сцепки. На борту кипела работа, необходимость ремонтировать корабль после боя никуда не делась. Изображение на голограммах внешнего обзора до боли напоминало один из завершающих этапов постройки корабля.
Пустующие места в рубке заняли Северцев, Анохин, Наумов.
«Прайм» получил отчёты командиров ополчения. Потерь среди ополченцев практически не было.
— Они нас боятся, — докладывал Тимур с перекошенным от ярости лицом, — В бой почти не вступают, сопротивление оказывают только в крайнем случае. Предпочитают улетать и прятаться. Десантные подразделения перепугали их до неспособности сопротивляться. Сбрасываю видеоряд: они утроили им здесь настоящую бойню. Десятки, сотни тысяч трупов. Фактически мы по ним идём. Раздолбано всё, то, что не взорвано — сожжено и просто разрушено. Сильно подозреваю, что Чужак больше не функционален. Более подробные отчёты — по мере накопления материала. У нас есть несколько легко раненных. Продолжаем зачистку. Но корабль чужаков действительно здоров. Нет, не так — ЗДОРОВ. Огромен. Я не представляю ресурсы, необходимые для его полной зачистки и взятия под контроль. Несколько групп ополчения приступили к поиску и эвакуации выживших с САЛАКа.
— Йенч на связи, — в полголоса сообщил Гай.
Руслан поднял руку, Тимур замолчал.
— Тим, переориентируй все группы на САЛАК, — подал голос Лекс, — Станцию «вывернуть на изнанку», собрать и эвакуировать всех выживших. То же касается оборудования — собрать и эвакуировать. Командирам групп настроить режим конференции с инженерами. Действуйте соответственно их рекомендациям.
— Места в складских комплексах надо рассчитать, — пробормотал Наумов, — Главное не пытаться утащить больше, чем это реально необходимо…
— Но… — внезапно севшим голосом отозвался Тимур, — Мы ещё не отыскали полувзвод Фирсовой. Они не выходят на связь. У них могли повыбить штабников, без них связь на дистанциях свыше километра очень затруднительна. А на этом дырявом корыте можно партизанить годами.
Все замолчали, полной неожиданностью прозвучало очередное бормотание Наумова, что-то из серии: «… то есть про исследование остатков носителя можно забыть, получается?…».
— Тим, — голос Лекса стал жёстким, — Ты уверен, что хочешь продолжать поиски самостоятельно? Поисками занимается другой взвод ополчения. Мы собирались переориентировать на эту задачу взвод лейтенанта Йенч, дополнительно.
Сайфутдинов побагровел, это стало видно даже на голограмме из-под активированного забрала.
— А вы их видели?! — рыкнул он, — Им необходима срочная госпитализация. Хоть бы и принудительная. Ранены все… те, кто выжил. Почти все тяжело, вместо брони — одна видимость, всё изодрано, изъедено кислотой. Большая часть оборудования не функциональна, из оружия — одни ножи. На пятнадцать десантников у них пятьдесят действующих конечностей и полтора небоеспособных кибера. Они у встреченной группы ополчения пытались несколько обойм к рельсовкам отобрать! Чуть ли не силой, — его взгляд блуждал по меткам интерфейса, было видно, что говорит он на ходу; группа продолжала поиск.
— Отобрали? — ровным голосом поинтересовался Лузгин. Он неожиданно побледнел.
Тим мотнул головой:
— Нет. Выменяли три обоймы на наработанные схемы тактического противодействия чужакам, — он виновато развёл руками, — Мы им отдали… Им же надо как-то до «Прайма» добраться, мало ли, что случиться по пути. Рус, они невменяемы почти, если их не остановить, не вернуть на «Прайм», не госпитализировать — они найдут способ погибнуть в рукопашной; возможности на этом дырявом корыте остались. В них боевой химии закачано — до бровей, ярость и ненависть из ушей выплёскиваются прямо через шлемы.
— Отзывайте их! — сдавленным шёпотом крикнула Яна, — Рус! Гай? Если не хотите потерять ещё и этих — Отзывайте!!!
На Джамбину было страшно смотреть.
— Хорошо, — продолжил Лекс, — Тим, твоя группа занимается поисками полувзвода Фирсовой. При первой же возможности перешлём тебе двух киберов, штабного и боевика. Остальные группы я ориентирую на САЛАК.
