«Но почему тогда Бог время от времени посылает небесный хронометр (как метеорит) в мир, казалось бы, без какой-либо пользы сея ложь среди всех хронометристов в мире? Потому, что он не желает покидать человека без какого-либо случайного свидетельства своего существования: думающий человек с китайским мировоззрением может ответить здесь довольно чётко, что нет универсально применяемых средств, и что из центрального Гринвича, в котором обитает Он, исходит несколько различных путей в этот мир. И всё же это следует не из того, что правда Бога – одно, а правда человека – другое, а из-за того, – как мы уже намекали, и как далее будет объяснено в последующих лекциях – что из-за своих острых противоречий они вынуждены общаться между собой.
«Из этого также следует вывод, что тот, кто признал в себе свою душу хронометрической, стремится практически призвать это небесное время на землю, в попытке чего он никогда не сможет добиться абсолютного и существенного успеха. И относительно самого себя: если он стремится упорядочить свое собственное ежедневное поведение, он не будет настраивать против себя всех земных хронометристов, зарабатывая самому себе таким способом горе и смерть. Оба этих устремления явно проявились в характере и судьбе Христа и прошлом и текущем состоянии принесенной им религии. Но кое-что здесь особенно примечательно. Хотя Христос столкнулся с горем, как в учении, так и в практике своего хронометража, он всё же не остался совсем без безумия или греха. Принимая во внимание, что почти обязательно низшие существа, увлеченные абсолютной тягой жить в этом мире согласно строгим указаниям хронометража, так или иначе, в конечном счете, оказываются вовлечены, в странное, необычайное безумие и грехи, прежде невообразимые. Это – аллегорическая трактовка истории вдовы из Эфеса13
«Для любого серьезного человека, способного понимать и правильно рассматривать идеи, касающиеся ХРОНОМЕТРАЖА и РИТМА, будет полезно на время пожертвовать менее непонятными вещами из тех идей, что по сей день мучают добродетельных людей всех возрастов. Разве тот человек, что несёт в себе небесную душу, не стонет от такого чувства: что, если он не предаст своеобразной погибели прозаические атрибуты этого мира, то он никогда не сможет надеяться привести свое земное поведение в соответствие с той же самой небесной душой? И всё же безошибочным инстинктом он понимает, что это наставление не может быть не верным по своей сути.
«И где там серьезный и справедливый философ, господа, который глядит направо и налево, и вверх, и вниз, сквозь все мировые эпохи, включая настоящую, и где там тот, кто едва ли не на тысячи времён поражён своеобразной ложной идеей, что какой бы Бог потусторонних миров не был Хозяином, он этому миру не Хозяин, а иначе этот мир уличил бы Его во лжи. Таким образом, эти пути кажутся совершенно неприемлемыми по сравнению с изначально известными небесными путями. Но это не так, и не может быть таковым; не будет тот, кто считает это хронометрическую концепцию верной, ещё сильнее ощущать эту ужасную идею. Поскольку тогда он увидит или ему будет казаться, что эта всемирная кажущаяся несовместимость с Богом есть абсолютный результат высочайшего к нему обращения.
