- Я люблю тебя таким, какой ты есть, - осторожно касаясь подбородка пальцами и пересекаясь с холодным взглядом Джеймса, - и для меня ты не чудовище.
- Я насиловал тебя, - тихо.
- Это в прошлом, и пока ты цепляешься за него, ты не можешь вернуться к нормальной жизни, без самоугрызений, - осторожно, - его пора отпустить. То, что случилось с твоим другом, - ловлю на себе недоверчивый взгляд, - пора освободить себя от этой вины и начать жить дальше. По-другому никак, и ты быстро загонишь себя в могилу.
- Кто такой человек без прошлого, Вив? Никто. Прошлое делает меня настоящим, формирует мои поступки и цели. Без, - вздохнув, - прошлого почти вся моя жизнь была бессмысленна.
Я молчу. Единственное, что я позволяю себе делать: касаться волос Мичи, дотрагиваться до его груди, проводить кончиком пальца вдоль скулы. У каждого из нас своя правда, и лишь боль смогла объединить таких разных людей. Какая же сильная, должно быть, эта боль…
- Иди спать, Вив, - произносит парень тихо, и мне приходится слушаться его.
Поднявшись наверх, останавливаюсь около двери в спальню, вспоминая то, что произошло несколько часов назад. Я не собираюсь обвинять его в случившемся. Инициатива была с моей стороны.
Осторожно укутавшись одеялом, жду Джеймса, но только спустя час-два он появляется в спальне. Неуверенно смотрит на меня, будто бы участвуя во внутренней борьбе, и, осторожно поманив парня рукой, я медленно сажусь в кровати, ощущая боль в разбитом теле.
- Выключи ночник, - произношу тихо, и парень повинуется, после садясь на край кровати.
- Посмотри на меня, - уже слабее говорю я, осторожно касаясь его подбородка и заставляя поднять на меня глаза.
Луна слабо освещает его лицо, но во взгляде Мичи я вижу такую сильную боль и ненависть к себе, что кусаю губу, лишь бы не расплакаться. Как глупо, Вивиан.
- Мне не страшны твои пытки, - неуверенно, - я не верю, что ты чудовище.
- Ты, как малое дитя, Вив, - шепчет он слабо, осторожно касаясь щеки пальцами, и я ласкаюсь к нему, как беззащитный зверек, - любишь, не думая, кого именно полюбила.
Я улыбаюсь.
- Мы можем забыть этот вечер, если хочешь.
- Мне так станет гораздо легче, - признается парень.
Пальцы медленно зарываются в его волосах, а губы нежно прикасаются к его приоткрытым губам, чувственно и без напора целуя, неуверенно и неопытно, словно доказывая свою детскую любовь.
Джеймс чуть сжимает мое плечо.
- Ты слишком великодушна ко мне, - шепчет, осторожно спуская лямку майки и целуя ключицу.
- Может, ты присоединишься ко мне? - поднимая край одеяла.
- Ваша душа действительно не знает границ, Вивиан Роуз Грей.
Я кладу голову на его грудь, прикрывая глаза.
- Просто заткнись и спи.
***
Следующий день начался гораздо лучше. Казалось, что самый главный барьер Джеймса был мною побежден, и, ощущая странное удовлетворение от этой победы, я лишь довольствовалась готовкой, получая множество поцелуев и ласковых прикосновений от парня.
- Ты можешь быть нежным, если захочешь, - шепчу, подавая ему завтрак и улыбаясь.
И уголки губ Мичи непроизвольно поднимаются вверх в широкой ответной улыбке.
Отправившись на свою работу, парень вновь поцеловал меня на прощание, а я предпочла заняться уборкой, думая, что такое простое, хоть и немного уморительное занятие поможет скоротать время мыслями и делом. Первые кружились, словно бабочки, вокруг Джеймса, заставляя меня напевать веселые песни, орудуя шваброй. Влюбленность порой может творить действительно странные вещи.
О вчерашнем вечере я старалась не думать, чтобы не разрушить это хорошее настроение, и редкие мысли о насилии мгновенно вскидывались из головы, не проходя “фейс-контроль”.
Ближе к вечеру я достигла кабинета: единственной комнаты, в которую заходить без разрешения Мичи не хотелось. Дверь оказалась не заперта, и, неуверенно зайдя внутрь, я оглядела кабинет, порядок в котором почти достигал перфекционизма. Пальцы, сжимая тряпку, прошлись по поверхности стола, комода, и, неуверенно открыв шкаф, я стала осторожно протирать пыль на полках, стараясь не читать названия папок.
Вскоре любопытство о военных операциях Джеймса пересилила здравый смысл, и, взяв пару папок, я осторожно села на кресло, начиная читать. И, сразу открыв один из вкладышей папки, я увидела знакомое лицо, которое уже почти забыла в своем сердце.
Тео. Тео Эванс.
Услышав шаги внизу, я продолжила читать статьи, и постепенно пазлы мозаики складывались в одну, общую картину.
- Это был ты, - продолжая сжимать папку дрожащими пальцами, я поднимаю на него глаза.
Улыбка Джеймса, замершего в дверях, медленно гаснет, а лицо бледнеет, парень теряется, внимательно глядя на фотографии в моих руках.
- Лисенок, - он неуверенно начинает, и я чувствую, что теперь появятся лишь оправдания.
Внутри появилось чувство странной пустоты, а все бабочки, что витали в воздухе, оказались отравлены, медленно падая на землю.
- Это был ты, - перебивая, продолжаю смотреть на парня, поджав губы и нервно сглотнув, - ты выстрелил в Тео.
- Пожалуйста, - он осторожно делает шаг вперед, - Вивиан…
