Любопытство пересилило. Она назвала адрес.
Встретила приветливо. Правда, смутилась и даже извинилась, что не поверила.
— Ничего страшного, — утешил я, предъявляя удостоверение. Она взглянула, но не от подозрительности, а из любопытства, и воскликнула:
— Как интересно!
— И мне интересно, — сказал я, усаживаясь на тахту по ее приглашению и отказываясь от чашечки кофе, который она успела непостижимо быстро сварить и налить. Она не дала мне досказать, что интересно, и спросила:
— Вам запрещают пить кофе в частных домах?
— Я не очень люблю кофе, я люблю крепкий чай.
Не менее быстро я был напоен крепким чаем.
— Видите, как хорошо, что вы пришли ко мне. Ну кто бы вас напоил таким вкусным чаем? Ведь вкусный?
Действительно, чай был великолепный. И бутерброд с сыром. Есть хотелось ужасно, с утра ни крошки.
— Олег? Есть у меня один знакомый Олег, — сказала она равнодушно.
По моей просьбе Люда описала его внешность. Это был лжеконтрабас.
— Он что же, где-то играет? — спросил я так же равнодушно.
— Он? — она пожала плечами. — Вот уж чего не знаю. Хотя, впрочем, он хвалился, что умеет играть на контрабасе. Неприятный тип. Скользкий какой-то.
— Зачем же вы с ним поддерживаете отношения?
— Отношения? Нет у меня с ним никаких отношений. Так, случайная встреча.
Нет, она совершенно о нем ничего не знала.
— Но я его обязательно приведу, хотите?
Я улыбнулся: еще один добровольный помощник.
— Как вы его разыщете?
— Мне его не найти. Но он частенько позванивает.
— Если позвонит, — сказал я, вставая, — обязательно пригласите на чай. Но заварите на двоих. Хорошо?
Я оставил ей свой телефон.
С утра поехал за заключением судебно-медицинской экспертизы. Получил и заключение о группе крови потерпевшей. Потом выяснил, какие техникумы расположены в районе преступления. Поехал по техникумам. С кем только не беседовал! От директоров до вахтеров. Безрезультатно. Не учился там Виктор с ультрамодной прической и усиками.
Впустую закончилась и поездка в отделение милиции. Работники уголовного розыска были убеждены, что Виктор и Алик — люди пришлые. Убеждение ничем веским не подтверждали, но стояли на нем крепко. Все же обещали проверить как следует все дома в округе.
— Давайте все с начала, — сказал я Лиде, когда она утром пришла на повторный допрос.
Михаила не было. Настроение мое — ниже среднего. Скоро неделя, как совершилось преступление, а никакого продвижения.
— Да, с самого начала, не пропуская ни малейшей детали. Все может оказаться важным, любая подробность, — объяснил я. — Вы, Лида, пока единственный источник поиска. Надеюсь только на вашу память.
Чувствовалось, она хотела помочь разыскать преступников. Ее беда перешла в мою заботу. Я не торопил. Ничего не записывал. Все уже записано. Теперь только перебирали минуты их встреч.
Разобрали встречу в Доме культуры. Поездку до дома. Поход в кино. Места, где назначались встречи. Даже его мнение о картине выяснили.
— На чем он приезжал?
— Всегда приходил раньше. Да и всего-то два раза встречались. В кино да на площади Революции.
Вот и все подробности... Что еще?
— Держал хоть раз что-нибудь в руках? Ну хотя бы покупки какие? Книги?
— Постойте, — оживилась она. — Впрочем, что это даст?
— Что — это?
— Его фотографии.
— У вас они есть? Что же вы молчали?! — закричал я.
— Да нет. Не было их у меня. Он просто показал.
— А-а... — протянул я разочарованно. — Он что, семейный альбом приносил на свидание?
— Не альбом, а фотографии, большие такие, художественные, целую пачку.
— Почему он их привез?
— Он не привез, а получил. В фотоателье.
— Боже мой, и вы видели, как он их получил?!
— Сама не видела, но сказал, что получил.
— В каком же ателье?
— Об этом не было разговора.
— Вспомните, как он назначал свидание в воскресенье. Дословно.
— Так. Он сказал: «Давай встретимся у метро на площади Революции. Мне все равно туда надо». Вот так он сказал.
Значит, он получил фотографии, а после встретился. Если бы он их получил в фотоателье недалеко от своего дома, то зачем было бы ему привозить? Но он мог и доро́гой взять?
— Какие они из себя?
— Коричневые, сделаны хорошо.
— Сколько?
— Шесть штук.
Значит, получил все.
— Из пакета вынимал?
— Да.
Мне виделся Виктор с его усишками, прической, голубыми штанами. Окраинный пижон. Любитель сниматься в художественных фотоателье. Конечно, уж если заказывать, то только в центре, в одном из лучших ателье. Получил несколько дней назад. А заказал? По меньшей мере с месяц, а то и больше. Так. Получил, расписавшись в квитанции. В которой указан и адрес. Если не соврал. А зачем ему врать? Кто думает скрыться, тот не заказывает свое изображение в шести экземплярах. При квитанции негативы должны сохраниться. А может, и контрольные отпечатки.
— Пошли, — сказал я Лиде.
Сначала мы зашли в самую что ни на есть центральную фотографию. В доме, где известная гостиница и кинотеатр.
Ателье коричневых фотографий не делало. Очень хорошо. Меньше проверять.