— Хорошо, — сказала я, — я сделаю это. Но вы все должны пообещать мне, что Слейд никогда не узнает об этой сделке. — Я могу только представить себе, как он будет чувствовать себя, если обнаружит, что мать платила кому-то за его обучение. Ух.
Мамочки кивнули. Их лица стали серьёзными, словно что-то обещая, и мне стало интересно, такое ли ощущение испытываешь, когда продаёшь душу дьяволу.
Я готова была держать пари, что в аду было такое же восхитительное печенье.
— Извини, Слейд, но таковы условия нашей сделки. Либо ты идёшь на это собеседование, либо отказываешься от своих летних карманных денег.
Мой отец, прислонившись к кухонному столу, потягивал кофе из кружки НОР (
Я упал в кресло и уставился на половину грильяжа домашнего приготовления в своей руке.
Это отстой. Родители заставляли меня пройти собеседование для долбанной работы няней. Не для нормальной работы в торговом центре или кинотеатре, где я мог бы видеть своих друзей и получить скидки на классные вещи.
Кем, они думают, я был? Мэрри Поппинс?
— Слейд, я знаю, ты наслаждаешься временем, которое проводишь с Максом, — влезла мама, играя роль посредника. Выглядела она невинно, сидя в халатике и пушистых тапочках, но я знал, что эта сумасшедшая идея, скорее всего, принадлежит ей.
Факт: иметь одного родителя психиатра — отстой, двух родителей — психиатров — двойное проклятье.
— Макс хороший, я полагаю, — я закатил глаза. — Для того, кому пять.
Чего она ожидала? Тот факт, что он был в моём классе по плаванью, ещё не делало нас приятелями, путешествующими до Вегаса на одной машине.
— Слейд, ты всего лишь должен сходить на собеседование, — сказала мама. Она быстро заморгала, что испугало меня, потому что я терпеть не мог, когда она плакала. — Просто иди и посмотри, что получится. Если ты не получишь работу…
— Тогда он найдёт другую работу или распрощается со своими летними карманными деньгами, — сказал отец. — И откажется от машины.
— Что? — я дёрнулся так сильно, что кофе выплеснулось из чашки. Отец свирепо посмотрел на меня. Он купил безумно дорогое кофе из местной жаровни и вёл себя так, словно этот напиток был жидким золотом. Однажды, когда я запустил кофеварку и забыл придержать чашу под фильтром, кофе пролилось повсюду, отец отреагировал так, словно я пнул щенка или что-то подобное.
— Слейд, для тебя пришло время жить, оправдывая свой потенциал.
Только не снова. Если бы у отца была кнопка отключения звука, я бы обязательно нажал на неё.
Мама прочистила горло.
— Я не думаю, что нам необходимо начинать этот разговор прямо сейчас, Майк.
Отец злобно зыркнул на неё.
— Карен, мы это обсуждали.
— Знаю, знаю, — она вздохнула. — Поэтому у него собеседование сегодня.
— Это ты устроила, — вскрикнул отец, — он даже не сделал это по собственной воле.
— Я вообще-то сижу прямо здесь, — вмешался я, — и слышу каждое слово.
Они оба уставились на меня, словно забыли, что я был тут. Я вздохнул и сделал большой глоток «жидкого золота», обдумывая собственные доводы.
— У меня нет опыта, — начал я, — и я никогда не нянчился с детьми. Я могу справиться с маленькими детьми в дозированных порциях. Но весь день? С плачем, нытьем и хождением в туалет в собственные штаны? — я покачал головой и постарался выглядеть разочарованным в себе. — Это просто не подходит. Как насчёт того, чтобы я подал резюме на должность в «Секреты Виктории».
Мама прищурилась.
— Очень смешно, Слейд, — она сделала глоток своего кофе. — Ты пойдёшь на это собеседование.
— На этот раз я согласен со Слейдом, — отец пересёк кухню и наполнил чашку снова.
— Майк! О чём ты говоришь? — мама уставилась на него так, как будто отец оказался инопланетянином.
Папа пожал плечами.
— Слейд прав. У него нет опыта. Я не могу понять, как ты заставила мать Макса даже рассмотреть его кандидатуру.
— Мы друзья, — перебила мама. — Книжный клуб. Устройство вечеринок, — она пренебрежительно махнула рукой. — Она мне доверяет. Я рассказала ей всё о Слейде.
