— Что ты собрался делать? — Полюбопытствовала я.
— Как насчет расслабляющего массажа, красавица?
Прикрыв зевок рукой, я посмотрела в окно, из которого открывался вид на мрачный дождливый город, навевающий уныние и сонливость. Вместе оформления договоров мне бы хотелось сейчас укутаться в теплый плед и заняться просмотром незамысловатых комедий. С самого утра мое оптимистичное настроение куда-то подевалось и никак не желало возвращаться.
— Поздравляю тебя, — войдя в кабинет, громко сказала Виолетта, привлекая к себе всеобщее внимание.
— С чем?
Не помню, чтобы произошло какое-то значительное событие, с которым меня можно было поздравить.
— Как «с чем»? С тем, что ты теперь полноправный сотрудник нашей фирмы.
Ах, это. Я уже и забыла, что вчера был последний день моего испытательного срока. Интересно, Адам поздравит меня с этим событием?
— Спасибо, — натянуто улыбнулась я и вернулась к созерцанию сбегающих по стеклу мелких капель дождя.
Стук в дверь вывел меня из отстраненного и немного пофигистичного состояния. Выпрямившись на стуле, я создала видимость активной работы, и иначе у клиента может выработаться неправильное представление о нашей фирме.
— Добрый день, девушки.
Едва моего слуха коснулся высокий мужской голос, как по телу прошла дрожь отвращения. Сглотнув ком в горле, я подавила внутреннюю неприязнь и с улыбкой до ушей повернулась к самому раздражающему мужчине на свете.
— Здравствуйте, Семен Владленович. Не ожидала вас увидеть сегодня.
— Вы не рады мне, Миленочка? — Елейным голосом, который я так не могу терпеть, спросил он.
А в глазах усмешка и чувство собственного превосходства. Он будто пытается взглядом указать мне на мое место — явно унизительное.
— Как можно? Вы уже подумали над предложением супруги?
Он всегда морщился от отвращения, когда при нем упоминали его жену. И сейчас ничего не изменилось. Вероятно, он просто козел, раз после стольких лет супружеской жизни так ужасно реагирует на свою женщину. Хотя… Я тут же вспомнила Адама, который испытывал к Евгении, наверное, более глубокое чувство, чем отвращение. И называется оно омерзением. Я знаю историю своего мужчины, поэтому не осуждаю его, а даже поддерживаю в этом плане. Так какого черта я лезу со своими домыслами в чужую семью? Хотя там и семьи-то нет. Мне, главное, необходимо устранить их разногласия мирным путем, а не думать, чья добродетель пострадала в этом браке.
— Я бы хотел поговорить с вами наедине, — начал он издалека, указывая мне взглядом на выход.
— Конечно, пройдемте в отдельный кабинет.
Закрыв за собой дверь, мужчина нервно оглянулся и швырнул на пустой стул коричневый дипломат, оббитый кожей. Вздрогнув от громкого хлопка, я быстро взяла себя в руку, хотя поджилки так и тряслись. Что-то уж больно настораживающий у него взгляд. Он осматривал меня так, будто мысленно уже слизывал сливки с моего тела. Фуу. Меня едва не вырвало это этой картины. Грузные мужчины с тройным подбородком и пивным пузом никогда не привлекали меня в сексуальном плане, а если в комплекте еще и мерзкий характер… Все, пиши-пропало.
— У меня есть к вам одно занятное предложение, — хитро прищурив глаза, вымолвил он и сделал ко мне длинный шаг.
Я, следуя собственным инстинктам и чувству самосохранения, отошла от мужчины как можно дальше, отгораживаясь столом.
— Я вас внимательно слушаю, — стараясь не терять лица, выдавила я через силу.
Он вновь сделал вкрадчивый шаг, как бы играя со мной в кошки-мышки. Нет, не хочу играть с этим человеком ни в какие игры. Особенно, когда мы совершенно одни.
— Ваш непосредственный начальник ведь требует от вас какого-то разрешения моего дела, так?
— Да, — настороженно ответила я, не сводя глаз с Семена, боясь потерять его из виду хоть на краткий миг.
— Я могу помочь вам с этим. Только если вы поможете мне
— Давайте ближе к сути.
— Умная девочка, — ласково прошептал он, обогнув стол.
Я сделала то же самое, вновь отдаляясь от него.
— Мне не нравится тон вашего разговора, — одарила я мужчину ледяным взглядом, пытаясь приморозить к полу.
— А мне не нравится, что ты убегаешь от меня. Иди сюда, девочка, мы придем с тобой к компромиссу, удовлетворяющему нас обоих.
На последних словах его глаза загорелись похотью. Я нервно сглотнула и бросила молниеносный взгляд в сторону двери, к которой мне был закрыт проход массивной тушей Семена Владленовича.
— На что вы намекаете? — Решила я продолжить разговор, чтобы придумать какой-то выход.
Я бы могла прямо сейчас закричать на весь кабинет, но этот гад же выкрутится. Скажет просто, что я все придумала, а сам останется белым и пушистым. Да и Адама подставлять не хочу, ведь этот толстосум может подпортить ему репутацию.
— Я ни на что не намекаю, дорогая. Подойди ко мне для начала. Или ты боишься? — Попытался мужчина взять меня на слабо, но я ведь не полная дура, чтобы поддаваться на эту чистой воды провокацию.
— Или вы даете мне внятный ответ, или я прямо сейчас покину этот кабинет, — заявила безапелляционно, на что Семен Владленович только рассмеялся и резким движением загнал меня в угол.
