— Ладно, ты прав: пусть этим занимаются люди, которые всему этому учились. А у тебя еще что-то интересное не придумано?
— Думаю пока: артемизинин в воде почти не растворяется. А если сделать водорастворимую форму, то в тяжелых случаях можно будет его и внутривенно использовать… но я пока именно думаю.
— Хорошо, думай дальше. Если тебе вдруг что-то потребуется, из оборудования или просто поесть чего-то вкусного и экзотического…
— Спасибо, буду иметь это в виду…
Иосиф Виссарионович, выслушав рассказ Лаврентия Павловича, заметил:
— Повезло нам, что у парня такая память… странная. Одно то, что он рассказал про углекислый газ… ведь теперь получать тот же кофеин в чистом виде обходится впятеро дешевле, а то, что из кок-сагыза каучук теперь выделяется более качественный и получается его процентов на десять больше, чем раньше…
— Это верно, но у него вроде мозги в норму уже приходят. И он это и сам, кстати, понимает: все, что где-то запомнил, записывает и, что особенно важно, записки свои передает тем, кто из них может что-то полезное извлечь. Недавно в ВИАМ принес написанный им справочник по сплавам, так там народ от счастья аж до потолка подпрыгивает! Только по материалам для реактивных двигателей он столько интересного в справочнике своем записал… товарищ Люлька, прочитав написанное, сказал, что если там не особо сильно наврали, то он через год мотор построит с тягой тонн в пять, если не больше. Правда, в ВИАМе так и не поняли, откуда дровишки… то есть никто и не слышал, что у немцев именно этими вопросами кто-то занимался. А если кто-то и занимался, то непонятно, почему сами они моторы реактивные такие… средненькие делали. Но если эта же информация ушла к американцам…
— У них пока вроде по бомбардировщикам заметных прорывов не замечено.
— Я о другом: товарищ Надирадзе в этом справочнике тоже очень много интересного нашел, а еще ему по почте другой документ кто-то прислал, там составы интересных порохов описаны были. Но того, кто это письмо ему отправил, товарищ Абакумов найти не смог…
— Думаешь…
— Практически убежден. Но доказательств-то ни малейших… впрочем, Абакумов руки не опускает, так что пока просто будем ждать результатов. И пользоваться тем, что получили.
Двадцатого октября было принято постановление Совмина СССР и ЦК партии, которое чуть позже, как помнил Алексей, назовут «Сталинским планом преобразования природы». И почему-то он, узнав об этом постановлении, сразу вспомнил о страшных засухах девяносто восьмого- девяносто девятого годов и «сельскохозяйственный кошмар» десятого, когда в довесок к засухе еще и нашествие саранчи произошло. И вместе с этим вспомнил и про тех, кто сталинский план сорвал. Причем первым на память пришло имя вовсе не Никиты Сергеевича…
Однако что-то предпринимать против Георгия Максимилиановича он пока не собирался: Маленков крупно стране гадить начал уже после смерти Сталина, а пока он был занят делами очень для Советского Союза полезными. Правда, чем он был занят с сорок седьмого по сорок девятый, для Алексея было покрыто мраком тайны — но по косвенным признакам именно он обеспечил победу коммунистов в Китае, и в Корее неплохо так отметился. Так что «попаданец» решил, что «пусть пока работает», а вот со многими другими «товарищами» следовало уже плотно поработать. Потому что то, что они натворили… то есть натворят… то есть не натворят, если об этом заранее позаботиться…
Так как «по первоначальному плану» Алексей Павлович собирался перейти в пятьдесят шестой-пятьдесят седьмой, то историю родной страны этих лет он изучил весьма подробно. И изучил даже то, о чем в учебниках не рассказывалось. И даже то, о чем тщательно умалчивали «перестройщики»: в девяностых и начале двухтысячных за зеленые бумажки, поставляемые в должных количествах, можно было из самых засекреченных архивов очень интересные документы извлечь. Конечно, архивы эти «кукурузником» и его соучастниками были изрядно подчищены — но зачищались-то в основном центральные архивы, а «на местах» очень много интересных бумажек сохранилось. А после начала перестройки с деньгами у Алексея проблем вообще не стало, Вирджилл по его просьбам на бирже периодически вообще чудеса творил. И не только на бирже: именно он сильно подтолкнул австрийский «Раффайзен» к открытию своих отделений в «перестроечной России» — хотя в самом банке об этом и не подозревали…
Так что списочек тех, «кому жить в СССР не надо», у Алексея уже имелся — а вот как поставленной им самим себе цели достичь, у него тоже определенные идеи имелись. И даже некоторые довольно полезные в достижении таких целей знания: он их приобрел — тоже за весьма приличные суммы — после того, как какие-то подонки ограбили его отца. Тогда Алексей, посетив переход больше двух сотен раз, отца от гибели и ограбления спас, а с подонками поступил очень… жестоко, но «обретенные знания» оказались весьма полезными, и он в течение пары месяцев «реального времени» их более чем изрядно «углубил и расширил»…
