— Я приняла решение. Я благодарю Вас за то, что вы приняли мою кандидатуру на рассмотрение, но я не могу ответить согласием, — сказала я, сжимая спинку антикварного дивана. — Это просто потрясающая возможность, но в данный момент совсем не подходящее для меня время, чтобы заниматься чем-то подобным, — мой голос по-прежнему оставался тихим, чтобы не потревожить Логана.
Трент хранил молчание.
— Это… плохо. Я с нетерпением ожидал дегустации разработанного вами меню, — сказал он, его голос был смесью удивления и разочарования. — Вы были одной из самых перспективных кандидатур, Гвен. Я настоятельно призываю Вас пересмотреть свое решение, поскольку такие предложения большая редкость и весьма высоко ценятся. Не мне объяснять Вам, как вы ограничиваете свое будущее, не говоря уже о том, что попусту растрачиваете свой талант, отвергая это предложение.
После его слов я почувствовала, как рушится вся моя решительность. Было так просто нарисовать картинку, на которой я стою у руля процветающего ресторана на Манхэттене, управляя кухней, имея полную власть и абсолютную автономию. Было так легко представить, как мне вручают награду фонда имени Джеймса Бирда, как я получаю долгожданную звезду Мишлен за свои собственные заслуги, зарабатывая уважение и восхищение своих коллег и критиков.
Но ничто из этого не было мне гарантировано. И я не могла снова отказаться от своей семьи и друзей, отвернуться от мужчины, который держал в своих руках мое сердце и счастье, которое я только недавно обрела здесь, в Денвере, ради туманной перспективы. Только не сейчас, когда риски были столь велики. Поэтому я заставила себя не сбиваться с выбранного курса.
— Я осознаю последствия, мистер Келлер, но мне нужно сделать то, что будет лучше для меня самой, — мне нужно было довериться своей интуиции в том, что я не совершала самую большую ошибку в своей жизни.
Трент неодобрительно вздохнул, и каким-то образом я почувствовала, что мне гораздо хуже слышать это от него, чем от собственного отца.
— К сожалению, я не в силах переубедить Вас. Но, в конце концов, решение за вами — и оно окончательное. В этом бизнесе нет дороги назад, Гвен. Я желаю Вам всего наилучшего в ваших будущих начинаниях, — сказал он, а затем резко оборвал звонок.
— С кем ты разговаривала?
Я подпрыгнула от звука хриплого голоса Логана за моей спиной, мое сердце на мгновение остановилось, прежде чем снова вернуться к жизни, тяжело забившись у меня в груди. Я обернулась к нему лицом. Он стоял в дверном проеме спальни, сонно потирая глаза. Он одел свои трусы-боксеры, его волосы торчали в разные стороны, определенно причина была в том, что я водила по ним своими пальцам всю ночь.
Я ощутила недовольство и нотки обвинения в его голосе, но сказала самой себе, что, скорее всего, он неверно истолковал все.
— Никого важного, — сказала я, стараясь не обращать внимания на укол вины, который я ощутила из-за своего вранья. — Просто кое-кто, кто хотел поговорить со мной о моей работе шеф-повара и моей готовке.
Я должна была рассказать все, но какой в этом был смысл? Я отказалась от этой возможности. И как Логан сказал в своей речи, когда ты принимаешь решение, что-то остается позади, никаких сожалений, никакого интереса в том «а-что-если-бы». Было только то, что есть сейчас и движение вперед.
Логан изучал меня какое-то время, на его лице была тревога, и у меня был короткий момент паники, когда я подумала, что он каким-то образом узнал о моих перспективах в Нью-Йорке. Но, конечно, он бы упомянул об этом, если бы все было именно так.
Наконец, он заметно расслабился и сказал:
— Тогда иди ко мне. Здесь холодно, и я могу придумать парочку способов, как согреть нас.
Я так обожала появившуюся у него лукавую и очаровательную ухмылку, что рассмеялась, последовав за Логаном обратно в спальню, при этом зная, что последовала бы за ним куда угодно.
Глава 18
ЛОГАН
Когда я был маленьким, мой отец часто сравнивал футбол с религией — легендарные игроки, священные поля, ритуалы в день игры, ощущение братства, общность и традиции. И хотя я всегда соглашался с тем, что футбол был образом жизни, спортом, который не оставлял людей равнодушными и который вселял надежду, это все никогда не казалось настолько реальным, как в данный момент, во время игры чемпионата АФК против команды the Patriots.
Атмосфера вокруг стадиона была заряженной. Адреналин и напряжение настолько густо заполнили воздух, что он ощущался как некая энергетическая завеса, укрывшая все кругом. Скопление людей было самым большим — и самым шумным — в истории Колорадо, скандирующее, подбадривающее, ревущее серебристо-синее море, которое становилось все громче и громче, пока шел четвертый период.
