соответствующая мебель, шторы с узорами и колонны, которые были своеобразным
акцентом во всем пространстве. Огонь, горевший в камине, был единственным
источником света в гостиной, а на кофейном столике охлаждалась в ведерке бутылка
шампанского. Я заметила, что наши сумки находились на стеллаже для багажа прямо в
спальне, а на огромной кровати с балдахином было отогнуто покрывало.
— Ты тихая. Все в порядке? — спросил он, стаскивая с плеч смокинг и развязывая
галстук-бабочку, бросая и то и другое на спинку кресла.
— Я в порядке, — удалось мне произнести, я надеялась, что он не расслышал дрожь
в моем голосе, не почувствовал, что я едва могла держать себя в руках.
Логан посмотрел на меня своими искренними голубыми глазами, взгляд которых
проникал в самые потаенные уголки меня, как будто раскрывая все мои секреты. Или как
если бы они были известны ему с самого начала. Я так много всего хотела сказать ему,
мне в столь многом надо было ему признаться, но слова застряли у меня в груди.
Со Стивеном всегда было неравное соотношение сил, он как шеф-повар всегда
ожидал, что я буду вторым номером в команде, чтобы исполнять его капризы без
вопросов и недовольства. Но с Логаном все было по-другому, и это загоняло меня в тупик,
я не знала, как вести себя.
«Я люблю тебя».
Разве эти слова не должны были быть самыми легкими? Но, тем не менее, они
заставляли меня чувствовать себя так, будто я стояла на краю обрыва, глядя вниз на
бескрайний океан. Я могла совершить прыжок вниз — все внутри меня говорило о том,
что это того стоило — за исключением одного тоненького голосочка на задворках моего
разума, который задавался вопросом, какое коварство ожидало меня на поверхности. Не
закончится ли все между нами сплошными руинами.
— Ты уверена? — спросил он, поднимая бровь.
— Я просто устала, — сказала я, отводя взгляд. Я скинула свои туфли на шпильке
рядом с кушеткой и двинулась по направлению к ванной, но Логан встал позади меня,
схватив за бедра.
— Так устала, что задержишься немного дольше? — его дыхание опалило мое ухо,
его щетина царапала мою кожу. Логан расстегнул мое платье так, чтобы его рука могла
проскользнуть под шифоновую ткань, и я задрожала, когда он прижал ладонь к моим
147
ребрам, прямо под грудью, и притянул меня еще ближе. — Я обещал тебе, что оформлю
как минимум два тачдауна, а я всегда выполняю свои обещания.
Теплая, томительная боль распространялась внутри меня, словно кленовый сироп от
его прерывистого голоса, и как будто по собственному желанию, мое тело плавилось
рядом с ним.
— Думаю, что со мной можно договориться.
— Я надеялся, что ты так скажешь, — сказал он, возвращая мне то, что я сказала ему
той ночью в раздевалке the Blizzards после игры с the Browns.
Логан одну за другой извлек шпильки из моей прически, пока волосы волной не
упали вниз по моей спине. Сложив шпильки в одну кучу на столике, он убрал длинные
пряди с моей шеи. А потом мучительно медленно он покрывал поцелуями мою оголенную
кожу, и когда его язык прикоснулся к бьющемуся пульсу, а зубы слегка прикусили место,
где шея переходила в плечо, и все мое тело напряглось.
— Развернись, Гвен, — потребовал он, все мое тело сжалось от того, как понизился
его голос.
Мое дыхание было столь слабым и поверхностным, что я сама не понимала, как мне
удавалось стоять. Я развернулась к нему лицом и снова посмотрела в эти пронзительные
голубые глаза. Глаза, которые могли читать меня, лишь взглянув. Глаза, которые мерцали
от желания. Глаза, которые заставляли меня верить в то, что все было возможно.
Почему я верила в то, что могла избежать влюбленности, особенно зная нашу
историю? Логан покорил мое сердце в первый же день, как только я встретила его, когда
мне было восемь, и он никогда не отпускал его, не смотря на долгие годы порознь, многие
мили между нами и меня саму, которая противоречила всему. Было неизбежностью то,
что мы всегда оказывались в том же самом месте, и несмотря на то, что меня это пугало, я
осознала, что это было именно тем местом, где я должна была находиться.
— Я бы никогда не пережил этот вечер без тебя, — он провел огрубевшим пальцем
по моим губам. — Ты это все, ты знаешь об этом? Все, чего я хочу. Сейчас, завтра и
навсегда, — и он наклонился и поцеловал меня, как будто боялся, что мог потерять меня.
Мы целовались, пока я вытягивала из брюк его рубашку и расстегивала пуговицы,
стаскивая ткань со скульптурно вылепленных плеч и отбрасывая ее в сторону. Мы
целовались, пока он скидывал свои туфли и брюки, а также боксеры. Мы целовались,
когда он до конца расстегнул молнию на моем платье, так что оно собралось вокруг моих
ног. Мы целовались, испытывая столь острую и сильную необходимость, что от этого
вибрировала каждая клеточка моего тела.
Мы двинулись к спальне, ударяясь о мебель, но прежде чем мы добрались до нее,
Логан опустил меня прямо на пол в безумной лихорадке из рук, губ и кожи. Я могла
