Военно-морскую базу Фаслейн, к которой были приписаны четыре британские подлодки класса «Трайдент», окружили около двух тысяч манифестантов. Полиции в Файфе пришлось взять под контроль мост Форт-Роуд – впервые со времени его постройки. Машины, следующие в северном направлении, останавливали и досматривали. Дороги, ведущие из столицы, были перекрыты сидячей демонстрацией. У лагеря мира в Стерлинге то и дело возникали потасовки.
Волнения начались и на Принсез-стрит. Прикрываясь круглыми щитами, каких Шивон прежде не видела, в дело вступили полицейские с дубинками. В районе Каннинг-стрит напряжение не спадало. Участники марша все еще блокировали уличное движение на Уэстерн-Апроуч. Затем на телеэкранах вновь возникла Принсез-стрит. Демонстранты, казалось, уступали числом не только силам полиции, но и репортерам с камерами. С обеих сторон сыпались враждебные выпады в адрес друг друга.
– Они хотят спровоцировать драку, – покачал головой Эрик Моз.
Он забежал в гейфилдский участок, чтобы показать Шивон то немногое, что ему удалось раскопать.
– Ты мог бы зайти уже после встречи с миссис Дженсен, – сказала Шивон, на что он лишь пожал плечами.
Кроме них, в комнате никого не было.
– Ты только посмотри, что они вытворяют! – закричал Моз, показывая на экран.
Вот один из демонстрантов бросается вперед и тут же отскакивает назад и теряется в толпе. Полицейский поднимает дубинку, и газеты получают фото, на котором он замахивается на какого-то бедолагу, стоящего в первом ряду. А между тем реальный виновник происшествия прячется за чьими-то спинами, готовясь к новой провокации.
Шивон покачала головой:
– Да, создается впечатление, будто мы применяем силу.
– А это-то как раз на руку бунтарям. – Моз сцепил руки. – После Генуи они кое-чему научились…
– Но и мы тоже, – возразила Шивон. – Во-первых, сдерживать. Вот уже четыре часа, как демонстрация на Каннинг-стрит заблокирована.
Один из телеведущих вышел на прямую связь с Миджем Юром [14], который призвал организаторов беспорядков разойтись по домам.
– К сожалению, никто из них телик сейчас не смотрит, – посетовал Моз.
– Ты собираешься к миссис Дженсен? – напомнила Шивон.
– Да, босс. Насколько сильно на нее давить?
– Я уже предупредила, что мы можем привлечь ее за противодействие следствию. Напомни ей об этом. – Шивон записала адрес Дженсенов на листочке блокнота, вырвала и протянула Мозу, уже опять прилипшему к телевизору.
Еще ряд коротких репортажей с Принсез-стрит. Несколько демонстрантов залезли на памятник Вальтеру Скотту. Другие карабкались на ограду парка, норовя ударить ногами по выставленным щитам полицейских. Полетели комья земли и дерна. Затем в ход пошли скамейки и урны для мусора.
– Страсти накаляются, – пробормотал Моз.
Экран замигал. Новая картинка: Торфихен-стрит, полицейский участок, забрасываемый палками и бутылками.
– Хорошо, что мы не торчим там, – заметил Моз.
– Зато мы торчим тут.
Он посмотрел на нее непонимающе:
– Ты хотела бы оказаться в гуще событий?
Не отрывая глаз от экрана, она пожала плечами. Какая-то покупательница, застрявшая вместе с другими такими же бедолагами в универмаге на Принсез-стрит, дозвонилась в студию по мобильному.
– Мы просто случайные прохожие, – истерически кричала женщина. – Мы хотим только одного – выйти отсюда, но полиция обращается с нами так, как будто мы и есть нарушители спокойствия… А тут матери с детьми… старики!
– Вы считаете действия полиции неправомерными? – задал ей вопрос журналист.
Шивон взяла в руки пульт и стала переключать каналы: по одному показывали «Коломбо», по другому – «Диагноз: убийство»… по четвертому шел какой-то художественный фильм.
– О, да это же «Похищенный», – воскликнул Моз. – Класс!
– Извини, придется тебя разочаровать, – сказала она, возвращаясь на новостной канал.
И снова те же самые беспорядки. Показанные под разными углами и в разных ракурсах. Протестующий, которого она видела на стене на Каннинг-стрит, все еще сидел там, болтая ногами. Сквозь прорези закрывающего все лицо шлема сверкали глаза. Он прижимал к уху мобильник.
– Кстати, – оживился вдруг Моз, – мне тут звонил Ребус и спрашивал, как можно задействовать ликвидированный номер.
Шивон уставилась на него:
– А он не сказал, почему его это заинтересовало?
Моз отрицательно покачал головой.
– Ну и что ты ему ответил?
– Можно сдублировать SIM-карту или задействовать только режим исходящих звонков. – Он пожал плечами. – В общем, по-разному.
Шивон снова перевела взгляд на экран. Моз положил руку ей на плечо.
– Как тебе Молли? – спросил он.
– Тебе повезло, Эрик. Он широко улыбнулся:
– И я так думаю.
– Но все-таки скажи, – начала Шивон, ненавидя себя за то, что не удержалась, – она всегда такая дерганая?
Улыбку с лица Моза словно сдуло.
– Прости, Эрик, это дурацкий вопрос.
– А она сказала, что ты ей понравилась, – сообщил он. – Она добрая.
– Да отличная девушка, – согласилась Шивон. – А скажи, как вы познакомились?
– В клубе, – смущенно произнес он.
– Вот уж не думала, что ты ходишь на танцы.
Оторвав взгляд от экрана, Шивон снова посмотрела на него.
– Молли прекрасно танцует.
