Эттан Даверт насмешливо взглянул на сына. С тех пор, как из постели Преотца была с позором изгнана тьерина Лиона, характер у мужчины портился день ото дня. Кому приятно осознавать, что неотразим не ты, а твои деньги, статус, положение в обществе и Храме?
Эттан, конечно, сильно не отделял себя от своего положения, но – коробит. Сильно коробит.
– Не много ли ты вли взял, щенок?
Луис сверкнул в ответ глазами.
– Да половина рыцарей наверняка сбежит! А у нас ничего не готово!
– Значить, с тебя и голову сниму! – рявкнул Эттан. – Я кому поручал свою охрану? Я тебе приказт отдал, а твое дело выполнять. Вообразил, что можешь меня учить?
Так я тебя быстро в разум приведу!
Сын и ухом не повел в ответ на гнев отца.
Эрико уже не было в Лаисе, капитан увез его в Атрей. Оттуда тьер и тьерина Эсталь прислали коротенькую записочку, что все в порядке. Скоро и сам Луис уедет, пара дней буквально оставалась. Надо же не просто исчезнуть, а так, чтобы тебя не нашли и не вернули.
И вот ведь!
Лус понимал, что сроки отец назначал заранее, но то, что сыну он сказал другую дату…
Плохо, очень плохо.
Тьер Синор поскрёбся в дверь, просунул свою блинно-крысиную мордочку. Луис меланхолично подумал, что так будет выглядеть крыса, если ее размазать в блин сапогом.
– Пресветлый, вы позволите?
Луис посмотрел на отца. Эттан Даверт махнул рукой, дозволяя войти и говорить.
– Что у нас в городах?
– В Тавальене было шестьдесят два рыцаря Ордена, включая магистра. Не ушел ни один.
– Магистр Шеллен тоже здесь? – встрепенулся Луис.
– Нет. Его заместитель.
– А Шеллен?
– Уехал в Гвинор. Надеюсь, там его перехватят.
Этттан сдвинул брови.
– Пошлите птиц в Гвинор. Я должен знать…
Луис стиснул зубы.
– Я могу идти, отец?
– Да.
Тьер Даверт вылетел за дверь, что есть силы стиснув зубы. И от души пожелал магистру Шеллену оставить всех ищеек Эттана в дураках.
Вдруг да поможет?
– О, тьерина Велена…
Лусия промокнула батистовым платочком лоб свекрови.
– Почитать вам еще книгу Ардена?
Тьерина медленно опустила веки, что было принято Лусией за согласие. И женщина раскрыла книгу на месте, на котором остановилась часа два назад.
В комнату больной вошел Донат Карст, наклонился, поцеловал в лоб Лусию, посмотрел на свою супругу, подумал с минуту – и поцеловал ей руку.
Неудивительно.
Лусия, будь ее воля, в жизни не прикоснулась бы к тому, во что превратилась тьерина Велена. Некогда красивая и крепкая женщина сейчас больше всего напоминала череп, обтянутый пожелтевшей, пергаментной кожей.
Провалились щеки, запали глаза, тонкая кожа туго обтянула выступившие скулы, волосы резко поседели и приклеились к черепу.
Вердикт лекарей был прост – болезнь. Неизвестная науке, да, так бывает.
Яд?
Что вы! Какой яд? Откуда яд? Кому бы это в голову прийти могло?
Нереально!
Правду знала одна Лусия, но она помалкивала. Яды матери, действительно, сбоев не давали. Тьерина Велена медленно и верно умирала. А всего-то и надо было пропитать ядом молитвенник, и добавить немного в ее любимые духи, которыми тьерина обильно поливала все, включая и нижнее белье. Яд медленно проникал в организм через поры кожи, и убивал женщину так же верно, как кинжал, только медленнее.
Тьерина болела, чахла, не могла принимать пищу из-за постоянной тошноты…
Лусия подозревала, что если она сейчас и прекратит подливать яд, Велену уже ничто не спасет.
Впрочем, разве это ее волнует?
Тьерина Велена не пожалела бы ее, Лусия не пожалела свекровь, все закономерно. А что она нанесла удар первой… это в книге Ардена сказаны всякие глупости. Вроде того, что человек не враг тебе, пока не поднял первым руку свою…
А если после этого ты уже не встанешь?
Запросто!
Лучше уж бить первым, а грех… отмолим! Лусия совершенно искренне собиралась во всем признаться отцу, получить от него полную индульгенцию, и спокойно жить дальше. Может, молиться почаще.
Сейчас она была на шестом месяце, и прекрасно себя чувствовала. Разве что щиколотки отекали, но всегда можно было посидеть подольше, отдохнуть, и все пройдет. Вот и сейчас, читая книгу тьерине, она поставила ступни на маленькую, обитую бархатом скамеечку. А что?
Она беременна, ей нужны удобства!
Тьерина Велена открыла глаза.
– Донат…
– Да, дорогая. Как ты себя чувствуешь?
– Плохо, – взгляд тьерины остановился на Лусии. – Выйди вон!
– Вели, – возмутился бесцеремонной команде Карст, но Лусия положила ему руку на локоть.
– Все в порядке, монтьер.
– Руку убери! – скрипнула тьерина. – И вон отсюда.
Лусия одарила ее нежной улыбкой.
– Только не переутомляйтесь, тьерина, вы еще слишком слабы…
Нежно промокнула обильно надушенным платочком пот со лба тьерины – и вышла вон.
Стоит ли ругаться или злиться на Велену Карст?
Нет! В этом нет никакого смысла! Умирающий может говорить, что ему захочется, все равно ничего сделать она уже не сможет! Так-то!
В комнате тьерина Велена посмотрела на мужа.
– Ничего нового?
– Нет.
