– Шашлык из рыцарей будет, – буркнула Алаис, вспоминая о тамплиерах. Видимо, подлецам плевать на разницу в мирах, они везде одинаковы. Неизвестного Преотца она не знала, но подозревала, что сунь его в кучу навоза, так разницу никто и не заметит.
– Ой-ой-ой…
Алаис что есть сил, встряхнула женщину за плечи. Сил было мало, девятый месяц, но тут важно не количество, а качество.
– Лиз, соберись!
– Ой…
– Лиз!
Алаис вздохнула. По лицу она людей бить не училась, но затрещина вышла душевной. Лизетта помотала головой, глаза ее стали осмысленными.
– Пришла в себя? Извини за хамство…
– Нет, ничего страшного. Спасибо…
– То-то же…
Алаис порадовалась, что придется иметь дело с умной женщиной. И принялась раздавать указания.
– Лиз, надо собрать все ценное, что есть в доме. Спрятать там, где огонь не доберется, если что…
– Ты это всерьез?
Герцогиня Карнавон топнула ногой.
– Нет, мля! В шутку! Ты что – думаешь, отсидимся спокойно? А если нет?! Если не получится?! Знаю я, как в таких случаях голыми и босыми остаются. Спрячем – не беда, живы будем, так достанем, когда все уляжется. А случись что, все не на улице бедовать.
– Но Арон…
– О них пока никаких вестей. Так что готовься к худшему.
Лизетта мотала головой, словно лошадь.
– Алекс, ты думаешь…
– Да я просто уверена! Сначала – рыцари, потом те, кто с ними связан, и наверняка найдется пара подонков, которые пожелают под шумок свести счеты с врагами. Думаешь, у вас в городе все сплошь святые? Ну-ну…
– Ты думаешь, Арон…
– Да я молиться всем богам буду, чтобы выжили! Чтобы обошлось. А если – нет? Надеяться надо на лучшее, да, а готовиться к худшему! Так что слушай меня! Все ценное – сложить и укрыть, самим подготовить пару узлов, чтобы можно было быстро выскочить из дома. Одеться по-другому. Под юбку – штаны, или нечто вроде, чтобы и через забор, и по буеракам, и в седло, обувь нормальную… что еще?
– Ты беременна…
– Лучше рожать под забором, чем в тюрьме. И лучше рожать, чем трупом лежать, – привычно срифмовала Алаис. Посмотрела на Лизетту и чуть смягчилась. – Не дрейфь, может, все еще и обойдется. Но давай подготовимся от греха. Командуй, а я пошла свои вещи собирать. И надо в подолы платьев, или лучше – рубах, хоть по паре десятков монет зашить. Авось сразу не сорвут, а там вывернемся. Золото, они и на дне морском золото.
– Там-то оно зачем?
– Чтобы потом хоть труп выловили, – огрызнулась Алаис, и отправилась собирать вещи.
Ребенок последнее время как-то странно притих, повитуха сказала, скоро роды. Но если что – с таким пузом не побегаешь…
С-суки, вы подождать не могли, пока я отрожаюсь?! Чтоб вас так хоронили, как я донашиваю!
До темноты все было тихо и спокойно.
Проезжали отряды стражи, один Лизетта даже зазвала в дом под предлогом накормить – напоить, а заодно и расспросить. Вы же понимаете, две слабые хрупкие женщины, все на нервах, все в отчаянии…
Командир отряда понимал, тем более, что Лизетту в городе знали. И успокоил женщин.
Да, идет охота на храмовников, двоих уже поймали, одного не успели отбить у толпы, еще несколько скрылось, но куда?
Ищем…
Вы не бойтесь, мы позаботимся о мирном населении, вам ничто не угрожает. Градоправитель контролирует ситуацию, все будет в порядке…
Да, и к вашему брату мы заедем, и записочку передадим. А пишете что? Все в порядке, не волнуйся за меня?
Конечно-конечно, как же не порадеть милой даме, которая накормила-напоила, приняла, как родных, да и записка явно без двойного дна…
Лизетта выдохнула с облегчением.
Алаис, отлично зная цену таким обещаниям, нахмурилась, и пошла прятать монеты еще и в сапоги. Как на Рамтерейе – неясно, а вот в России это классика.
Пан-атаман Грициан Таврический как живой стоял перед глазами.
– …и все мои бойцы, как один, стоят за свободную личность…
- Значит, будут грабить.*
*- Свадьба в Малиновке. прим. Авт.
К вечеру опасения Алаис блестяще подтвердились, лишний раз показывая, что миры, как бы не назывались, и люди в них, чем бы они не прикрывались, бывают чрезвычайно похожи.
Сначала был шум на дороге, ведущей в город.
Лизетта прислушивалась с тревогой, Алаис, с мрачной уверенностью, пошла переодеваться. Удирать – всегда лучше в штанах. Ах, какая она умница, что сделала себе брюки на завязках, вроде тех комбинезонов, в которых ходят беременные в России! Их и сейчас натянуть можно, и хоть живот поддерживается и фиксируется. Да и ребенок не повлиял на фигуру, как были кожа-кости, так и остались.
Хоть лишний вес носить не придется, а десять килограмм спереди… Переживем.
Наши женщины и по сто килограмм на хребтине таскают… это, правда, аристократическая тушка Карнавонов, зато характер наш! И тело наше покорится духу!
Шум пока не приближался. Зато…
Алаис уже спустилась вниз, когда в окно постучали.
Лиз посмотрела на Алаис, на окно, на Алаис…
– Открывай, – махнула та рукой. – От толпы так не спасешься.
– И откуда ты все знаешь? – проворчала Лизетта, но окно открыла.
Алаис меланхолично подумала про фильм ужасов в реале. Окровавленная рука вцепилась в подоконник, мужчина явно держался из последних сил.
– Помогите, умоляю…
