Костя заметно напрягся, и пальцы сильнее сжали трубку.
- Что хотела? Жданов им звонил?
- Они узнали обо всем от следователя, их тоже на допрос вызвали. Говорят, что после освобождения Никита с ними даже не связывался.
Костя оставил для следователей оценку правдивости слов матери Никиты, это их работа. Для него сейчас была важнее безопасность Светы.
- Мам, дай мне Павлика. - Подождав, когда послышится родной детский голос, Костя постарался придать своему голосу интонацию как можно беззаботнее. - Привет, малыш!
- Я не малыш, - совершенно серьезным тоном безапелляционно заявил Павлик, давая понять, что в таком русле беседа с ним не пройдет.
- Да, конечно, ты же у нас вырос. Совсем большой стал. - Действительно, когда же успел их сын так повзрослеть? - Как твои дела?
- Мы с бабушкой вернулись в Москву, - с сожалением вздохнул мальчик, - она сказала, что забыла какие-то таблетки дома, а без них ей может стать хуже. А вы с мамой скоро приедете?
- Скоро, Павлик, скоро. Как только вернемся из командировки. Пока побудь с бабушкой, только слушайся ее и не огорчай, а то она плохо себя чувствует. Обещаешь?
- Обещаю.
Затем в трубке снова послышался голос Веры Ивановны.
- Папу услышал и теперь побежал к телевизору. - И тут же переменив тон на более беспокойный, попросила лишь об одном. - Костя, найди ее. Я не знаю, что этот безумный хочет, но мне что-то не по себе.
"Мне тоже не по себе", - ответил внутренний голос, но вслух Костя произнес лишь одно:
- Обязательно найду, даже и не сомневайтесь.
Но какими бы ни были профессионалами своего дела все те, кто занимался поиском похитителя и его заложницы, отсутствие зацепок сильно тормозило все дело. Безрезультатно проходили вторые сутки. Костя места себе не находил. Глотал едва ли уже не литрами кофе, не обращая внимания на нещадно болевшую голову.
- Тебе бы поспать, - тревожно заметил Кирилл Александрович, - сам на себя не похож. Да еще и с сотрясением...
- Нет никакого сотрясения, - отмахнулся Костя. - Некогда сейчас отдыхать.
Саныч удивленно вскинул бровь. Нет, и это он слышал от одного из своих самых лучших ребят?
- Кому ты тем самым лучше сделаешь? Ну вот найдем мы их сейчас, и что? Ты же с ног валишься. Какой от тебя прок тогда будет? И девчонку подвергнешь лишнему риску, и себя угробишь вдобавок. А у вас пацан там с бабушкой остался. - И чуть повысив интонацию и голос, не скрывая своего недовольства, скомандовал. - Быстро отдыхать. Там в кабинете у оперов есть диван. Иначе ты меня знаешь - отстраню к чертям собачьим от операции. Получишь свою Свету только в конце...
Как бы ни сопротивлялся мозг, но уставшее тело не слушало его доводов. Едва только голова коснулась жесткого подлокотника, Костя тут же провалился в совершенно пустой, измученный сон безо всяких видений.
А в соседнем кабинете вовсю кипела работа. Опытные следователи и оперативники знали свое дело, и из казалось бы несовместимых между собой событий они могли составить цепочку единого события, а порой даже предугадать последующие шаги преступника.
Отдых был не долгим, но Косте хватило и этого. Он долго всматривался в свое отражение в зеркале над умывальником. Двухдневная щетина, под глазами темные круги. А взгляд какой-то совершенно не свой. Словно волчий. Да уж, неужто так время быстро берет свое? Или это похищение так сильно изменило его? Ему отчего-то подумалось, увидь Света его в таком состоянии, точно испугалась бы. "Костя, Костя, где твое хваленое прежнее самообладание?" - задался он вопросом, не отрывая взгляда с чужих глаз, смотрящих на него с зеркала. Потом резко тряхнул головой, скидывая с себя оцепенение, открыл кран с холодной водой и плеснул себе в лицо. Еще и еще раз, пока в мысли не вернулась ясность.
Потом снова ударные дозы кофе. Если бы курил, то к кофе прибавились бы и дозы никотина, которые смогли бы убить табун лошадей, но Костя не был подвержен этой пагубной привычке, а потому ставший неизменным стакан с кофе снова был в его руке.
- Проснулся? - Кирилл Саныч едва оторвался от монитора. - Давай, приходи в себя, есть некоторые новости.
- Нашли? - Костя и сам не осознавал, с какой надеждой было это произнесено, но все его внимание было сосредоточено сейчас на ином.
- Садись, не стой.
Мужчина кивком головы указал на место за столом напротив себя, где можно было немного подкрепиться вместо завтрака. И хоть за окном было еще темно, рассвет уже забрезжил на небосводе, окрашивая его первыми лучами.
