Уж с обстановкой пришлось знакомиться всерьез. Ускоренные курсы по переподготовке превратились в чередование лекций с бесконечными выходами на расчистку завалов и восстановление важных для города предприятий. Канализация, водопровод, электростанция. Причем нередко приходилось работать плечом к плечу с немецкими пленными и деревенскими по разнарядке. Выматывались всерьез, даже в бытность курсантом столько не вкалывал. Все очень по-деловому организовано городским начальством, но потом на очередном докладе о политической обстановке засыпаешь.
Ладно еще политзанятия или очередная речь начальства с высокой трибуны. В стране происходило нечто странное. После войны нормальное дело реорганизация прежних структур. Но уследить за происходящим было достаточно сложно. РККА переименовали в Советскую армию. Совет народных комиссаров в Совет министров. Какой смысл? Ну ладно, пусть начальство балуется. Какая разница, сохранилось прежнее звание в системе или нет. Был капитаном, им и остался. Сняли Берию и назначили Абакумова? И что? Это наверху движение, а внизу все тихо.
Зато структурные изменения не могли не коснуться всего их потока. В МГБ передали из МВД пограничные и внутренние войска, а также милицию и отделы по борьбе с бандитизмом. В последнем случае подразумевалась буржуазные националисты. Воронович точно знал, первоначально его собирались распределить как раз по прежней специальности на границу и ничего против не имел. В связи переводом всего управления начались невразумительные переброски и вместо Пруссии или на худой конец Литвы отправили в Таллин. Он имел о городе и республике самые смутные знания и даже на курсах ничего толком не говорили, давая общие установки.
Одно хорошо. Могло быть и гораздо хуже. Находился в одном шаге от отправки за решетку. Было б желание, а к чему прицепиться всегда найдется. Нельзя сказать совсем уж безгрешен. Допустим, измены родине не было, но мелкие злоупотребления по части финансов, хотя и не для себя, а на общее благо, найти не сложно. Плюс свары с назначенными комиссарами и командиром соединения, превышение власти, парочка сомнительных расстрелов и реальные контакты с американцами, немцами, поляками и прочими сионистами. Можно сказать, по-доброму отнеслись. Бориса запузырили в лагерную охрану куда-то в Сибирь. Многих сидевших с ними в фильтрационном лагере и вовсе отправили на границу с Китаем. Японцы после Берлина тоже быстро капитулировали, но гражданская война между коммунистами и гоминданом в самом разгаре. Мы, естественно, всячески поддерживаем друга Мао. Будто своих проблем мало.
Трамвайная остановка имелась, где подсказали. Да и не сложно идти за толпой с поезда. Не он один приехал. Самого транспорта пока не наблюдалось. Кроме того, куда торопиться. Если не считать дороги до Таллина он очень давно не находился на свободе. Без пригляда со стороны начальства и подчиненных. Не требовалось нечто изображать, ни отличника боевой и политической подготовки для первых, ни несгибаемого Ворона для вторых. Можно позволить себе спокойно выпить пивка. Тем более, пока станет приятно проводит время народ разойдется и не придется пихаться в переполненном вагоне. Ведь стоит прибыть на место и снова примутся гонять с поручениями.
Соответствующее заведение прямо через дорогу, а вещей особых не имеется, чтоб тяжело таскаться. В 'сидоре' кроме выданного на дорогу пайка, новенького мундира и нижнего белья, всякая мелочь вроде бритвы, мыла и иголки с нитками, запасная гимнастерка и импортный костюм из Варшавы. К нему б еще хорошие ботинки, но чего нет, того нет.
Воронович пересек дорогу, пропустив телегу с каким-то барахлом. Стоящий с заведенным двигателем грузовик вроде не собирался трогаться. Водила сидел в кабине и курил. Может ждет кого, подумал мимолетно, направляясь к заветной двери и уже возле нее услышал хорошо знакомые звуки выстрелов внутри. Створка распахнулась от удара и оттуда задом выскочил молодой парень, в характерной позе, держа в руке 'вальтер'. Без формы, неуставное оружие, готовность стрелять в преследователей.
Пистолетчик двинул ногой, захлопывая дверь и начал разворачиваться. Даже если не бандит, выяснять предпочтительно в более спокойной обстановке и без оружия. Тем более, лично у него не имеется. Должны были выдать по новому месту службы. Воронович не раздумывая, двинул носком в бедро юноше. Сапог с железными набойками со всей дури - это больно. Отшатнувшегося и невольно взмахнувшего рукой, ухватил правой ладонью за запястье, а левой чуть ниже локтя. Резко нажал, заламывая на болевой прием, вбитый намертво в рефлексы еще в учебке пограничных войск.