Дик до сих пор волновался. Новостей от Сэма не поступало, хотя, скорее всего он еще мог не добраться до Бостона. Поэтому, пока проблема с моими опекунами не разрешилась, он старался никуда не отпускать меня одну.
На следующий день в школу мы отправились оба верхом. Мне было позволено оседлать Уголька и это не могло не радовать.
Погода с утра была не такая жарка, я и мы быстро добрались до места.
Дик показал, где находится конюшня, чтобы оставить лошадь на время занятий, а потом проводил до дверей школы, где меня ждал мистер Джонсон.
— Доброе утро, мисс Монтгомери,… Дик, — поздоровался мэр, направляясь к нам на встречу.
— Доброе утро, Алистер, — ответил мой жених, а я кивнула в знак приветствия.
— Пришел пожелать вам удачи на новом поприще и передать ключи от школы.
Мэр протянул мне связку.
— Спасибо.
— Тот, что побольше от главного входя, а маленький от задней двери, — пояснил мистер Джонсон. — Если случайно потеряете, у меня есть запасные.
— Я постараюсь не потерять. Еще раз спасибо.
— Ну, тогда, не буду больше отвлекать, — мэр распрощался и ушел.
А на занятия уже стали подходить мои первые ученики. Кого-то привезли родители, кто-то пришел сам.
Я открыла дверь школы и оказалась в небольшой прихожей, где из мебели имелись лавки с каждой стороны, а над ними прибитые крюки для одежды. Дальше я прошла вперед и распахнула единственную дверь, ведущую в класс. Она была не заперта.
Там стояло двенадцать столов, каждый из которых был рассчитан на двух учеников. Для сидений тоже имелись лавки, но со спинками. На стене висела доска, и стоял стол и стул для учителя. А в углу имелся узкий шкаф, в котором я обнаружила маленькие доски, мел, карандаши и тонкую стопку бумаги.
Для начала неплохо.
Дик зашел следом за мной.
— Я пока вернусь на ферму. В котором часу ты закончишь? — спросил он.
— Думаю, для начала провести три урока. Значит, часа через три.
— Хорошо. Но только дождись меня. Даже если задержусь, — строго предупредил Дик.
— Будет исполнено, — с улыбкой ответила ему.
— Кассандра, я не шучу. Пожалуйста, будь осторожно.
Дик подошел совсем близко с явным намерением поцеловать, но резко остановился., заметив входящего мальчика.
— Тебе пора, — смущенно пробормотала я.
— Ладно, тогда до встречи, — вздохнул мужчина и вышел.
А я, дождавшись, когда все дети займут свои места в классе, представилась и начала урок.
Ученики подобрались разных возрастов. Начиная от четырех лет и заканчивая пятнадцатью. Кто-то умел читать и писать, а кто-то нет. Зато считали почти все хорошо. Пусть и в пределах ста.
Первый урок посвятила знакомству. Составила список детей, и кто где живет.
На втором уроке занялись грамматикой. Раздала всем маленькие доски, мел и приступили к обучению. Я писала буквы на своей доске, а остальные повторяли.
Так один за другим стали проходить дни.
Между уроками я устраивала перерывы по двадцать минут, выпуская детей погулять на поляну около школы. Правда, для меня это был не отдых. Приходилось постоянно следить за самыми маленькими, чтобы не убежали или не залезли куда-нибудь.
Я не сразу поняла, зачем родители привели их в школу. Потому что они не столько учились, сколько мешали, в силу своего возраста. Но когда через неделю у меня в классе прибавилось малышей, то наконец-то разгадала их хитрость. Матерям просто не с кем было их оставить, чтобы спокойно работать. А отправив ребенка ко мне, они спокойно могли заняться делами.
Чтобы решить эту проблему, мне пришлось разделить детей на две группы. Старшая приходила к девяти утра, а младшая к полудню. Таким образом, у них были общие уроки только по географии и истории, тогда, как арифметика и грамматика раздельно.
Но не со всеми так получалось, так, как многие дети были из одной семьи и родители не собирались водить каждого по отдельности. Зачастую старшие приводили младших.
Когда многие уходили домой, я оставалась с некоторыми малышами до четырех, а то и пяти часов. Превращаясь из учителя в няню.
Мистер Джонсон, узнав об этом, пообещал прибавить мне жалование с двадцати пяти долларов до тридцати.
Дик исправно отвозил меня каждое утро на работу, а потом забирал. Первое время мы вместе ждали опоздавших родителей, но потом стали сами развозить их по домам. Для этого ему приходилось брать фургон, потому что новость о нашей доброте быстро распространилась по округе.
В конце недели, в воскресенье пастор объявил о нашей помолвке. Все и так в городе были в курсе, что мы собирались пожениться, но официальное объявление придавало более важный статус старой новости.
Многие стали подходить после службы, чтобы поздравить нас с Диком. Позже я отошла недалеко для разговора с миссис Ройс. Мы поговорили об успехах ее старшего сына, а когда распрощались, около меня оказалась Молли Дженкинс.
— Зря радуешься, — зло процедила она мне в лицо, чтобы никто не услышал. — Все равно вам не быть вместе.
Я не успела ничего сказать в ответ. Девушка больно толкнула меня в плечо и ушла прочь, заметив приближающегося Дика.
— Что сказала тебе эта ненормальная? — спросил он озабоченно.
