Джефф Симмонс накормил пленника, выдержал жалкие попытки мужчины договориться с ним и отчалил от берега. Даже с подвесным мотором Джеффу пришлось бороться с силой прилива. Симмонс, насквозь промокший, преодолел последнюю волну, но потом начался дождь. Джефф присел на корточки внутри лодки, когда та развернулась вверх, рухнула в темное море и приняла в себя поток воды. Путешествовать ночью рискованно, но у него не было выбора.
Прилив у старого пирса был немногим лучше, чем у Крутого Холма. Джефф Симмонс сделал импровизированный причал из старой стальной балки, но оказался по пояс в ледяной воде, когда выпрыгнул из лодки. Руки онемели, когда он потянул за металл, затаскивая лодку под развалины пирса и скрываясь из виду. Джефф рухнул от изнеможения, а потом лег на спину на деревянный настил. Ветерок дул с моря и обдавал его мелкой моросью.
Джефф все не так себе представлял. Он романтизировал план и воображал идеальные условия для путешествия на лодке при лунном свете, ясные ночи на острове под звездами. Другие вещи, которые он должен был сделать, необходимы и
Джефф Симмонс зашаркал по берегу к заброшенной части пирса. Ветер дул сквозь зияющие дыры в конструкции, и внутри было ничуть не теплее, чем снаружи. Симмонс поковырялся в замке сумки и чуть не закричал от холода, сковывающего пальцы и вызывающего дрожь. Он разделся догола и надел запасную сухую одежду. Джефф буквально свернулся в клубок, пока тепло не начало возвращаться в его тело.
Даже ребенком Джефф бывал на старом пирсе всего несколько раз, он всегда казался небезопасным для прогулки. Симмонс мало что мог вспомнить о тех нескольких случаях, когда ему удавалось побывать здесь. Он смутно помнил музей автомобилей и несколько древних игровых автоматов с пенни, которые окончательно закрылись в девяносто четвертом году. Постоянно поднимался шум по поводу реконструкции музея, но ничего не происходило, и теперь музей медленно приходил в упадок. Еще подростком Джефф иногда прогуливался по каменистому пляжу во время отлива и пытался проникнуть на небольшую скалу острова Бирнбек, где находилась основная часть пирса. Даже сейчас подростки время от времени испытывали подобную удачу. Несколько месяцев назад пришлось спасать группу, после того как она оказалась на мели перед надвигающимся приливом, но, к счастью, сейчас здесь никого не было. Поскольку прилив не заканчивался, прошло еще два часа, и только тогда Симмонс смог вернуться в фургон. Он хорошо отрепетировал маршрут по ветхой дорожке, ему казалось, он знает каждую прогнившую доску, но все равно потребовалось добрых тридцать минут, чтобы пробраться по неосвещенному деревянному настилу и перелезть через колючую проволоку у входа на пирс.
В фургоне он включил кондиционер на максимальную температуру и вскоре окончательно согрелся. Он не знал, сколько раз сможет провернуть такой фокус. Просто чудо, что его не заметили и он не утонул. Пленник тоже страдал. Сколько еще ночей он сможет продержаться в холодной пещере?
Джефф направился к дому матери. Он решил совершить только два захода. Он осмотрит двух жертв в течение следующего дня, а потом вернется на остров, чтобы проверить пленника. После Симмонс вернется в последний раз, чтобы закончить работу.
Мать ушла на работу к тому времени, как он появился в доме рано утром. Симмонс открыл входную дверь и почувствовал себя чужаком в его стенах. Он обрадовался теплу от центрального отопления, бросил испачканную одежду в стиральную машину и приготовил завтрак из яичницы с фасолью, запил кофе. Разум мог сыграть с Джеффом злую шутку, тепло и безопасность делали его сентиментальным и заставляли забыть, что натворила его мать.
Он позволил себе пару часов поспать, пока сушилась одежда, и отправился в фургон.
Его первый заказ был в городе. Клиенткой оказалась девушка лет двадцати с небольшим, она снимал комнату в квартире на Джубили-роуд и сейчас возвращалась к родителям. Джефф изо всех сил пытался вовлечь ее в разговор, пока укладывал скудные пожитки заказчицы в заднюю часть фургона. Она была хорошенькой, и пару раз Симмонс ловил себя на том, что смотрит на стройную фигуру и длинные волосы девушки. Джефф быстро отвернулся, когда на нем остановился взгляд ее больших печальных глаз, и пожалел, что у него не хватило смелости заговорить с ней. У Джеффа Симмонса никогда не было девушки, и он понятия не имел, с чего начать. Он вспомнил женщин в баре, как непринужденно Малкольм и его друзья разговаривали с ними той ночью, и приветливые улыбки, которые женщины дарили в ответ. Они были невероятно красивы, как и та девушка.
