Но все же мне претило то, с каким остервенеем, эти коршуны обирали их трупы, искреннее радуясь какой-нибудь фляжке со спиртным, найденным у молодого советского солдата или же красивым часам снятых с окровавленной руки очередного немца. И дело было даже не в том, что я был таким мягкосердечным и это как-то задевало мои моральные чувства, лично я, не испытывал особой жалости к этим солдатам. В моих глазах они были всего лишь послушными псами, что сражались за идеологию своего государство. И хотя я всегда преклонялся перед людьми, которые готовы были сражаться и умирать ради своей идеи, но только лишь когда эти идеи были их собственными. Что нацизм, что социализм были навязаны этим людям, сделав их, по сути, рабами своих идеологий. И не то чтобы я видел в этом что-то плохое, так как подобной пропагандой будет заниматься любое даже самое «свободное» государство, но просто глупо тогда оплакивать людей которые изначально были взращены, лишь для того чтобы погибнуть за эти идеалы. Они просто исполнили свою функцию, свое высшее предназначение, и будь я таким же, то только бы за них порадовался. Но я таким не являюсь, я не хочу нести всю свою жизнь, груз какой-то чужой идеи, чужих стремлений. Нет, я тоже готов умереть за свои стремления и идеалы, но не так как эти люди. Я хотел бы умереть как Коперник, как Галилей, как Жанна д’Арк, Махатма Ганди, апостол Петр или же сам Иисус Христос. В долгой упорной борьбе за то во что я сам верю. Показав своим врагам и всему миру, что несмотря на все тяготы и мучения, ты не сдался, не преклонился перед общепринятыми понятиями и взглядами, и твои взгляды и идеи действительно достойны того чтобы за ними следовать.
Но даже будучи рабами чужих идеи, эти люди вызывали у меня куда больше уважения, чем те животные, что сейчас копошились возле их тел, снимая с них все нажитое добро. У этих людей не было ни принципов, ни идеалов, ни какой-либо достойной цели в жизни. Они просто существовали, жили лишь ради того чтобы продлить свою бессмысленную жизнь еще на один день. Причем даже не за счет своих сил и достижений, а за счет других людей. По сути, они ничем не лучше паразитов, которые только и могут, что воровать у тех, кто хоть чего-то достиг. Именно поэтому я так безжалостно перерезал бандитов Марка, ведь от их жизней было столько же пользы, сколько сожалений у других людей будет после их кончины. И если бы только у меня была возможность, я бы перебил и этих мразей прямо здесь и сейчас, но так уже вышло, что для достижения моих целей мне сейчас нужны люди, а других подчиненных у меня нет. Так что невольно, мне пришлось просто стоять и смотреть, ожидая пока эти нелюди наконец-то, насытятся тем что им удалось стащить и не оставят несчастные тела в покое.
– Ну, все, можно, двигаться дальше – с довольной улыбкой сообщил Королев, когда он, вместе с остальными, собрались передо мной.
– Спасибо что разрешил, Королев – сдержанно процедил я, после чего обратился ко всем остальным – Выдвигаемся!
Но на этом наши беды не закончились. Ибо пройдя чуть дальше от этой поляны, мы наткнулись на парочку советских лагерей поставленных в лесу у границ города. Лишь чудом нам удалось им не попасться, ибо эти лагеря были очень маленькими, и в них обычно было не больше одного отряда, что делало их очень неприметными. Мы сразу поняли, что их поставили специально для того, если немцы решаться войти в город через лес, и, судя по тем трупам, что мы уже видели, они не ошиблись.
Но к нашему большому везению, проводники достаточно хорошо знали эти леса, и проводили нас по обходным тропинкам, по которым обычные солдаты, не перемещались. Это были, как правило, либо густые заросли, либо болотистые местности, или крутые холмы, одним словом труднопроходимые дороги. И пусть путь по ним, занял у нас еще больше времени и почти выбил из сил, но благодаря им мы смогли безопасно пересечь границу леса и уже ближе к темноте смогли выйти в город.
То, что мы покинули лес, изрядно порадовало моих людей, которые уже едва стояли на ногах от столь долгого перехода, этот путь и вправду был трудный и успел утомить даже меня. В этот момент я осознал, что и вправду не зря взял с собой этих людей, ведь проводники были весьма полезны. И у меня даже возникла одна интересная мысль, о том, что произошло бы, если бы немецким военным удалось взять в плен одного из моих проводников и заставить его провести их в город. Тогда, скорее всего их армий удалось бы захватить еще раньше положенного срока, и никакая бы оборона его уже не спасла.
Но самое главное, что мы теперь успешно вошли в город, и можно было думать, над тем как проникнуть в главный штаб. И хоть я, несмотря на свою усталость, готов пойти туда хоть сейчас, но мои люди были слишком истощены, и им требовался отдых.
Посему было решено отправиться в бывшую штаб-квартиру Марка Сидоровского на площади Свободы, это было самое приемлемое и безопасное место для моей группы. И уже в глубокой темноте мы двинулись по мрачным улицам города.
