В любой другой ситуаций, меня бы сильно разозлило, что Робин вновь начинает проявлять свою гиперопеку, и в очередной раз пытается меня ограничить. Но в этот раз я действительно собиралась выполнить его указания, и вылезла из укрытия не по своей воле.
– Я слышала какие-то крики, грохот с вашей стороны и подумала, что вам нужна помощь – кратко объяснила я.
– Это, скорее всего, был я – признался Дима, вылезая из под нагромождения ящиков – Но я не ранен, просто случайно оступился, споткнулся об какой-то мешок и, потеряв равновесия, свалился на пол. Обвалив за собой, целую груду этих ящиков
– Серьезно?! – возмущенно спросила я, издав надменный смешок – Я блять так перепугалась! Я думала что кто-то из вас ранен или того хуже. Я даже под пули полезла ради вас. И все из-за того что у Димы ноги кривые?
– Эй, мои ноги здесь не причем. Знаешь ли, сложновато ориентироваться в пространстве, когда ты мало того что ничего не видишь, так по тебе еще и стреляют – оправдывался он, за свою неуклюжесть.
– Ох, просто поразительно, что мы еще целы – сказала я, тяжело вздохнув.
– Если подумать, то в этом не так уж много поразительного – задумчиво произнес Робин, указывая мне пальцем, в сторону кабины.
Развернувшись и вглядевшись в тот полумрак, что был передо мной, мне удалось разглядеть около десятка пуль, повисших в воздухе. А затем сразу обратила внимания на свой медальон, заметив, что изображенное на нем лицо вновь светилось.
– Блин, какая же я дура! – сказала я, ударив себя рукой по лбу – Охренеть, и как я могла об этом забыть?!
И действительно, со стороны это казалось ужасно глупым забыть о такой потрясающей способности. Но с того момента когда мы ее только обнаружили, прошло столько дней, столько событий произошло. И они так сильно забили мою голову, что совсем забыла о том, что умеет этот медальон. А ведь если бы я об этом помнила, то вся перестрелка бы прошла для нас намного легче. Поскольку я во время перестрелки находилась ближе всех к кабине, то получается что большинство пуль выпущенные водителями, даже не долетели до своей цели. По сути, я стала живым щитом для Робина и Димы.
– Ты отражаешь от себя пули, как протон отталкивающий электроны! Да как о таком вообще можно забыть!? – поразился Дима.
– Ну, к такому надо еще привыкнуть – сказала я, смущенно почесав затылок.
– Постойте, помолчите минуту – перебил нас Робин, и мы замолчали, настороженно прислушивался к шуму снаружи. После чего спросил нас – Вы слышите?
Мы с Димой прислушались к звуками снаружи, и до нас донесся целый гвалт голосов, находящихся снаружи кузова, а за ними последовал звуки многочисленных шагов совместно с бряцанием автоматов, что стремительно огибали грузовик с двух сторон. Голосов было очень много и не так просто было различить четкие фразы, но из того что мы услышали, становилось понятно что их привлекли звуки стрельбы, и крайне их обеспокоили:
– Вроде стихло…
– Может они там все уже передохли…
– Или же просто выжидают подходящего момента…
– Давайте уже проверим, кто там скрывается? Что мы тут стоим как последние трусы?
– Если тебе надо то ты и иди, я первым умирать не собираюсь
– Ха ха, нам все равно придется, когда подойдет Марк, он это так просто не оставит
– Да мы даже не знаем, кто там сидит и сколько их, давайте лучше просто расстреляем кузов и все?
Ему ответил какой-то противный старческий голос:
– И повредим все его содержимое, сейчас, разбежались! Вас тут двадцать с хреном человек, и вы боитесь заглянуть, в чертов грузовик?!»
– Ну что слышите?! – снова спросил нас Робин.
– Конечно, слышим, похоже, нас окружили! – встревоженно воскликнул Дима.
– Да это-то мне было понятно, сразу, как только мы открыли огонь – отмахнулся Робин, и его голос в этот момент стало очень напряженным – Я говорю, совсем о другом звуке. Послушайте еще раз, не обращайте внимания на голоса снаружи.
Мы не совсем понимали, чего он от нас хотел добиться. И почему его вообще волновали какой-то таинственный «звук» в такой хреновой ситуаций. Но мы сделали, как он велел, и прислушались вновь, абстрагировавшись от шагов и голосов окруживших нас бандитов, и вот тогда мы узнали, почему Робин был в таком напряжений. Мы услышали далекий, но громкий гул где-то вдалеке. До боли знакомый и от того еще более пугающий и тревожный.
Сначала он тихо доносился откуда-то издалека и был едва слышен, но с каждой секундой он становился все громче, громче и громче, приближаясь все ближе к нам. Пока этот пронзительный гул не начал оглушать своим звуком всю округу, став настолько громким и четким что можно было даже расслышать вращение пропеллера, порывы ветра, что проходили сквозь крылья и грохот двигателя, из которого этот гул и выходил. Даже голоса бандитов вскоре замолкли на фоне этого звука.
Теперь мы поняли, почему Робин, так напряженно прислушивался к этому гулу. Похоже, что изначально он сомневался в том, что слышал, но теперь, когда источник звука уже был совсем близко, становилось понятно, что ему это не показалось. И когда я посмотрела на него сейчас, то его взгляд выражал настоящий, неподдельный ужас.
