«Иван Константинович: Очень здравое предложение. Думаю, то же может распространиться на их инженеров и техников. Но желательно, как вы умеете, сделать это за счёт интересанта. Им нужнее чем нам».
«Александр Вениаминович: Это очевидно. Я считаю, что нам нужно озаботиться судьбой английских офицеров из Среднеазиатской армии».
«Иван Константинович: На кой чёрт вам эти неблагодарные свиньи?»
«Александр Вениаминович: Воля ваша, но даже пяток-десяток завербованных агентов окупят спасение этих людей».
«Иван Константинович: Зная ваши методы работы, думаю, что агентов будет больше, причём искренних и верных. Добро. Торгуйтесь, но помните, что денег тратить мне жалко».
«Александр Вениаминович: Никаких проблем. Обойдусь и трофейным оружием».
«Иван Константинович: Отлично. Этот вопрос мы разрешили. Есть ли ещё вопросы?»
«Александр Вениаминович: Есть. Давно хочу вас спросить: не пришла ли пора делить Китай?»
«Иван Константинович: В каком смысле делить? Между кем и кем?»
«Александр Вениаминович: Делить на несколько государств, желательно враждебных по отношению друг к другу».
«Иван Константинович: Мысль хорошая. Представите мне всеподданнейший доклад после завершения порученных вам переговоров. Если составите более-менее обоснованный план будет совсем хорошо».
Покушение было организовано просто и эффективно.
Александр вышел из парадного своего дома, поздоровался со старушками, совсем как там, в будущем, сидящими на скамейке в тенёчке и направился к машине, которую водитель остановил у выезда со двора. Неожиданно проснувшийся Шолто Тавиш повёл носом, вынюхивая опасность, а в это время незнакомый штабс-капитан, за мгновение до этого отдавший честь, воткнул в печень Александру остро заточенный финский нож.
Вернее попытался воткнуть, но ничего не вышло, поскольку Александр, перед выходом из дома, привычно надел шёлковый бронежилет.
— Курва маць! — поэтично выразил штабс своё разочарование неудачей и попытался выдернуть из кобуры свой браунинг, но не смог: в спину ему прилетела сапёрная лопатка, посланная верной рукой водителя. Так как лопатка была в чехле, то она не разрубила нападавшему китель и спину, но по позвоночнику съездила так, что офицер взвыл и дугой выгнулся от боли. Тут и Александр пометил его правой в челюсть.
— Грлык! — ёмко и образно обрисовал штабс-капитан своё отношение к происходящему, пустил по подбородку слюну вперемешку с кровью из прокушенного языка, закатил глаза и повалился на гравийную дорожку.
Шолто Тавиш мгновенно оценил обстановку: у ворот доставали свои браунинги два офицера, а их глаза лазерными маркерами шарили по фигуре Александра. Из-за дровяного сарая, словно чёртики из коробочки, появилась ещё пара боевиков в цивильной одежде. Но и помощь имеется: водитель, метко метнувший лопатку, нестерпимо медленно тянет из кобуры свой наган, а из машины сопровождения горошинами выкатились три фигуры в кителях без знаков различия, зато с парабеллумами в руках.
Падение, откат в сторону, под защиту густого куста сирени и выдергивание из кобуры верного кольта заняло совсем мало времени, а пользы дало очень много. Боевики начали бешеную стрельбу по лежащему штабсу: они решили что исчезнувший с поля зрения генерал прячется за их боевым товарищем. Но генерал, его охранники и водитель разочаровали злодеев, открыв ответный огонь.
— Бей по ногам, не дай уйти! — скомандовал Александр со своей удобной позиции — Нам нужны пленные!
Пленных осталось целых два, поскольку штабса прижмурили сами боевики. Один невезучий получил пулю точно между глаз, а ещё один при падении ударился виском о гранитный столбик.
И только тут Александр услышал посторонние шумы: старушки раскудахтались, словно целый растревоженный птичник, и бросились в парадное. Вот ведь умницы! Из распахнутого окна четвёртого этажа высунулся смутно знакомый офицер с наганом в руке. А на улице рассыпался строй куда-то шедшей роты солдат и офицеры с унтерами брали двор в плотное кольцо оцепления. Ага! Солдаты схватили и скрутили руки двум молодым женщинам, пытавшимся убежать. К ним подошел немолодой седой поручик, молча сорвал с одной дамы головной платок и почти целиком запихал его в рот крикунье. Потом точно такую же операцию проделал со второй, только вместо отсутствующего платка использовал свои кожаные перчатки. Чёрт! И ведь уместились же! Недаром говорят, что польки очень горластые.
— Ваше превосходительство, выходите! — раздался голос старшего охраны — Всех взяли!
— Хрен там взяли! — с досадой ответил Александр и не подумавший вылезать из убежища — Что за бивень с карамултуком отдыхает на крыше сарая соседнего двора?
Десяток солдат бросилось в указанном направлении, окружили сарай и взяли под прицел стрелка. Тот нехотя оставил своё ружьё слонобойного калибра и полез вниз по приставной лестнице. Только тогда Александр встал, отряхнулся щёткой, любезно поданной водителем.
