— Матерь Божья! До сей минуты я был уверен, в организации покушения одной из британских спецслужб, хотя возможно, действующей по найму. Хорошо. А какова вероятность, что ваших следователей не пустили по ложному следу?
— Все доказательства проверены самым тщательным образом, вернее, насколько это вообще возможно. Дело в том, что практически все действия были произведены членами радикального крыла социалистов-революционеров, так называемых эсеров, состоящим почти полностью из евреев. Но даже там эти парни держались особняком. А после акции этих боевиков поголовно вырезали, правда, постарались замаскировать зачистку естественными причинами. Так двое отравились дрянным алкоголем, один курил в кровати и устроил пожар… В общем, в таком духе. Живых не осталось.
— Но за общую направленность вы ручаетесь?
— Могу поклясться, положив руку на библию. Более того: в один прекрасный момент, когда возникнут противоречия между Германией и Россией, мы опубликуем эти материалы, и они сыграют свою роль в деле раскола их противоестественного союза.
— Скажи мне дорогой брат, не удручает ли тебя предстоящая свадьбы с японской принцессой?
— Любопытно, отчего ты озаботился правильностью давным-давно принятого решения? — удивился великий князь Игорь Константинович.
— Тому есть причина. Мы все убедились в уме и практических способностях принцессы. Лично я убеждён, что она станет для тебя отличным советником и надёжной опорой, но сердечная приязнь, есть чувство совсем другого порядка, не правда ли?
— Я понял смысл твоего вопроса, брат, и постараюсь ответить с предельной откровенностью. Когда я впервые увидел эту девушку, она показалась мне провинциальной простушкой, что в некоторой мере правда: Япония далеко не передовая держава и её обычаи мало походят на европейские. Образование и культурный круг у нас также различны, что создаёт ещё один барьер между нами. И в первый момент, когда мы в Североамериканских Штатах познакомились с нею, девушка мне не понравилась совершенно. Признаться, я бы с большим удовольствием приударил за дочерьми Вильсона или даже Агатой, несмотря на нашу разницу в возрасте. Но приказ есть приказ, а твою просьбу оказать внимание Химэ я иначе не воспринимал. При непосредственном общении я последовательно сделал несколько открытий. Во-первых, оказалось что девушка необыкновенно красива. Я увидел её в традиционных японских, в европейских и в довольно странных но изысканных нарядах мезоамериканской знати. Если помнишь, наш общий друг Александр Павич преподнёс такие наряды всем дамам нашей экспедиции. И вдруг выяснилось, что предназначенная мне японская принцесса всерьёз увлечена этим странным человеком! Ладно, я спокойно отнёсся к тому что леди Агата обожает своего супруга, такие странности случаются, они нередки. Но вдруг оказалось, что Джесси и Эвелин тоже увлечены им, причём всерьёз. Чёрт возьми, брат, этому Павичу было довольно шевельнуть бровью, и он бы обзавёлся самым настоящим гаремом из прекрасных, умных, а главное — обожающих своего повелителя гурий. Химэ тоже бросала на Павича влюблённые взгляды, и они разбудили во мне суровый дух соперничества. В конце концов, я аристократ, воин, мужчина… В общем, я бросился в бой. Безусловно, мне помогло то, что Павич кроме своей жены не замечает никого. К другим женщинам он относится с любовной и насмешливой снисходительностью старшего брата к несмышлёным сёстрам. И очень скоро оказалось, что женщины отвечают ему полнейшей взаимностью. Как-то быстро прекратились попытки сблизиться и перевести отношения в нечто большее. А когда он вместе с женой надел парашют и не раздумывая бросился на помощь принцессе, любовный многоугольник, чреватый бесчисленными опасностями, превратился в уютный семейный узелок. Правда Химэ сделала последнюю попытку объясниться, но и там Александр Павич показал, что он мой добрый друг, верный рыцарь своей будущей государыни и верноподданный русского императора.
Князь Игорь замолчал, задумавшись, Иван Константинович поторопил его:
— Неужели у тебя есть документальные доказательства твоего утверждения?
