Кендра выдохнула, только сейчас осознав, что задерживала дыхание, и посмотрела на Ребекку взглядом, полным иронии.
– Что ж, миледи… похоже, нам обеим нужно поработать над тактичностью.
После поспешного ухода леди Луизы Ребекка все же выглядела сконфуженной.
– Не знаю, о чем я думала во время всего этого разговора. Когда леди Изабелла восхищалась этим идиотом Сидмутом, стало ясно, что у нее в голове не было никаких мыслей, кроме тех, что заложил в нее мистер Седвик. Меня это разозлило.
– И вы подумали, что злость пройдет, как только вы расскажете им о том, что я расследую убийство леди Довер? Что мое дедуктивное мышление выше всяких похвал? Что я специализируюсь в расследовании преступлений?
– Я так говорила?
– Да.
– Что ж, я на вас полностью полагаюсь, мисс Донован.
Кендра криво улыбнулась.
– Не удалось нам не засветиться.
– Что это вообще означает? – Ребекка озадаченно подняла брови, но так как она, очевидно, уже привыкла к странным американским выражениям, она почти сразу махнула рукой на объяснение. – Не важно. Признаюсь, я не сдержалась, мисс Донован. Грустно, что та храбрость, которую леди Изабелла и леди Луиза демонстрировали, будучи детьми, куда-то исчезла.
– У леди Франсис хватит храбрости на троих.
– Да, я заметила. Однако это ее замечание по поводу предводительницы макак, это было жестоко.
– А что это вообще?
– Старая дева, мисс Донован. Вы должны знать это выражение. Женщины, которые страдают от бесплодия или не рожают детей, в следующей жизни в качестве наказания становятся проводниками макак в ад.
– Думаю, я бы предпочла скорее это, чтобы не выходить за лорда Лудлова. Тот еще подарочек. Или есть какой-то еще лорд Лудлов? Может, помоложе лет на сто?
Губы Ребекки дернулись в усмешке.
– Тише, мисс Донован. И нет, есть только один лорд Лудлов.
– Да он старше Мафусаила. У него кости хрустели.
Ребекка засмеялась.
– Это корсет. Некоторые мужчины носят его, как принц-регент. Это приспособление помогает им… быть в форме. – Она сделала паузу. – Бедная леди Луиза. Судя по тому, что мы видели, ее усилия бесплодны. Лорд Лудлов потерял к ней интерес.
– Она должна радоваться этому.
– Правда, мисс Донован? Тому, что она не у дел, никому не нужна и осталась без внимания? Общество плохо расположено к женщинам, которым не удается найти мужа к двадцати одному году.
– У вас, кажется, все не так плохо, – улыбаясь, сказала Кендра. Она ожидала, что Ребекка с ней согласится. Она удивилась, когда та промолчала.
Потом она все же произнесла тихим голосом:
– Мне повезло, что моя семья поддерживает меня. Посмотрите на меня, мисс Донован. – Ребекка специально подняла свой подбородок, чтобы золотистый свет заиграл на ее покрытой шрамами коже. – Вы знаете, как меня называли за моей спиной? Вы думаете, какой-то мужчина захочет иметь в женах кого-то вроде меня?
Кендра не знала, что на это сказать. Ей никогда не приходило в голову, что Ребекка могла мечтать о свадьбе и материнстве. Не только из-за ее разговоров о феминистке Мэри Уолстонкрафт, а скорее из-за ее чувства уверенности в себе и довольства собой.
Но, может, она спроецировала свои собственные нетрадиционные взгляды на Ребекку. Да и, по сути, Кендра тоже никогда не исключала свадьбу и материнство для себя лично. Просто она не думала об этом часто. В западной традиции в современном мире женщины имели широкий спектр возможностей. Тебя не считали никому не нужной старой девой в двадцать шесть. Черт, да и в девяносто шесть никто тебя так бы не назвал.
– Не смотрите на меня с сочувствием, мисс Донован, – предупредила Ребекка, ее глаза при этом сузились.
Сочувствовала ли она Ребекке? Кендра всерьез задумалась над этим вопросом. И ответ удивил ее.
– Я вам не сочувствую.
Ребекка недоверчиво переспросила:
– Разве нет?
– Нет, – решительно ответила Кендра. – Слушайте, мне жаль, что вас дразнили и травили в детстве. Поверьте, я знаю, что такое быть изгоем. Но мне нравится та, кем вы стали. Если бы у вас не было оспы, у вас, возможно, было бы более традиционное воспитание. У вас бы состоялся первый бальный сезон. – А из того, что она поняла для себя, единственной целью проведения всех этих сезонов было свести дебютанток с потенциальными мужьями. Вроде шоу «Холостяк», только без камер. – Вы, возможно, были бы похожи на леди Изабеллу и ее сестер, – подытожила Кендра.
– Боже мой. После ваших слов мне кажется, я должна быть благодарна за то, что болела оспой и чуть не отправилась в мир иной. – Ребекка снова широко улыбнулась. – Мои родители, возможно, и правда баловали меня, потакая моим интеллектуальным занятиям, так как понимали, что вряд ли для меня найдется муж. Но я знакома и с замужними женщинами, которые восхищаются Мэри Уолстонкрафт. Я также знакома и с одинокими женщинами, у которых не было оспы и которые поднимают вопрос об отсутствии прав женщин в Англии.
– Это просто мысль.
– Да, и очень интересная. А как насчет вас, мисс Донован?
– Меня?
– Да, вас. Вы самая необыкновенная женщина, которую я видела. И это комплимент. Я бы хотела послушать о вашей жизни в Америке. Вашем происхождении. Вашей семье.
