– Вы присматривали за коттеджем в Сент-Маргарет.
– Ну да. – Ее рука потянулась к груди в непроизвольном жесте защиты.
Сэм не подал вида, но про себя подумал, что такая реакция о многом говорила. Он знал, что женщины иногда хранят деньги в кошельках, спрятанных в рубашках. Он подозревал, что миссис Фрост прятала свой кошелек именно в этом месте. А так как этот инстинктивный жест последовал сразу после упоминания Сент-Маргарет, не нужно было много воображения, чтобы догадаться, что эти две вещи связаны.
– Два виски, – сказал он подошедшей официантке и протянул ей две монеты. Не было причины не воспользоваться моментом, раз уж он находится в «Слепой утке».
– Кто платил вам за то, что вы следили за коттеджем? – спросил он, внимательно поглядывая на вдову.
– Деловой человек. Он называл себя мистер Кент. Мне нужно было убирать коттедж, стирать белье, готовить ужин каждую среду. Изысканную французскую еду. – На ее носу появилась складка. – Я могу приготовить что угодно, дайте только котел и огонь, но я бы предпочла готовить нормального английского «толстяка»[10]. А не еду лягушатников.
– Кто пользовался этим коттеджем, миссис Фрост?
– Точно не мистер Кент. – Она фыркнула. – Не знаю, для кого я готовила и убирала, но это точно были какие-то аристократы. – Ее глаза засветились хитрым весельем. – Мужчина, по крайней мере, точно. Про женщину ничего не знаю.
– Откуда вы узнали, что это аристократы, если вы их никогда не видели?
– Они оставляли кругом вещи, безделушки, все такое. И на чаевые не скупились. Он не был скупым.
– Как вы получали чаевые?
– Мистер Кент иногда заходил или посылал какого-то мальчишку с чаевыми и инструкциями. Каждые две недели. – Она сделала паузу, когда официантка вернулась с виски.
– Где можно найти мистера Кента? – спросил Сэм, когда служанка ушла.
– Я же говорю, он сам ко мне приходил.
– Сколько вы ухаживали за коттеджем?
– Пять или шесть месяцев, около того. Это была непыльная работка. – Она сделала глоток виски, затем глубоко вздохнула. – Буду скучать по этому.
– Я был в Сент-Маргарет. Ваши соседи сказали, что вы больше не появлялись.
Она снова дотронулась до того места между грудями.
– Ну да. Зачем там околачиваться теперь?
– Особенно когда вас попросили об этом.
Она посмотрела на него воинственно.
– Кто сказал, что меня попросили там не появляться? Мои братья живут в этом районе. По закону я имею право их навещать.
– Не лгите, миссис Фрост. – Он встретился с ней взглядом. – Вам не нужно никого прикрывать. Вы выполнили свои обязанности и теперь от них освободились. Это мистер Кент вас выпроводил?
Она подумала над его словами, прежде чем пожать плечами.
– Ну да. Он заплатил мне кругленькую сумму и сказал не появляться там какое-то время. У меня чувство, что он не хотел проблем своему хозяину или хозяйке, кто бы ни владел этим коттеджем.
– Вам не известно, кому принадлежал коттедж?
– Раньше он принадлежал старому Ман Фенну, но он продал его примерно в то же время, что наняли меня. Возможно, мистеру Кенту или его хозяину. Полагаю, они либо продадут его, либо будут сдавать. В Лондоне полно голубков, которые хотели бы уединиться, если вы понимаете, о чем я.
– Вы уверены, что не можете дать мне адрес мистера Кента? – Сэм настойчиво посмотрел на женщину, но она снова пожала своими толстыми плечами.
– Не. Говорю правду, бог свидетель. Мистер Кент хитроумен.
Сэм попробовал другую тактику.
– Вы когда-нибудь слышали, чтобы при вас упоминали имя лорда Вестона?
Она нахмурилась, явно размышляя над вопросом.
– Не, – произнесла она в конце концов.
– Вы говорили, что они оставляли какие-то вещи несколько раз. Что это было?
Она несколько раз моргнула, затем ее взгляд куда-то уплыл.
– Ох, я не знаю. Просто вещи.
Сэм напрягся. Он специально передвинул на видное место свою дубинку. Ее глаза с опаской покосились на золотой наконечник.
– Когда вы в последний раз были в коттедже, миссис Фрост?
– Я убиралась там после того, как мистер Кент сказал мне, что я должна навестить своих братьев. Это вроде как было по-христиански. Не могла же я оставить дом неубранным перед новыми съемщиками?
Сэм посмотрел на нее скептически. Он сомневался, что она действовала из христианских побуждений, убирая дом в тот последний раз. Ею скорее руководило то же, что толкало всяких уличных мальчишек спускаться к Темзе во время отливов в надежде найти что-то ценное, что можно было бы после продать.
– Что вы там взяли, миссис Фрост?
Ее подбородок округлился в защитной манере.
– Кто сказал, что я что-то взяла?
Сэм снова повернул дубинку так, что золотой наконечник хлестнул в освещенной свечами таверне.
– Вы завершили выполнять свои обязанности, вам дали деньги, чтобы вы исчезли на время. Я не буду обвинять вас в том, что вы стащили что-то из коттеджа. Тот парень же все равно не вернулся бы за своими вещами, правильно?
– Ну да. – Взгляд миссис Фрост вдруг стал подозрительным. – А с чего вообще все эти вопросы? Зачем вам знать, кто использовал этот коттедж?
