Переломныи момент (ЛП) полностью

У меня перехватывает дыхание.

— Правда?

— Конечно, — Брук постукивает отполированным ногтем по губам. — Может, мне нужна помощь в этой поездке.

Я обнимаю ее за шею, и она обнимает меня в ответ.

— Это будет крушение поезда, — бормочет она мне в шею.

Я отстраняюсь и хмурюсь.

— Почему?

— Лос-Анджелеская команда лучшая. Они побеждали последние два года. Если ты думаешь, что первые две игры были напряженными, то ты даже не представляешь, что тебя ждет.

22

КЛЭЙ

Показательные игры ничего не значат на бумаге. Они о гордости. Импульс. Ваш первый шанс проверить, как продвигается работа в межсезонье. Играть против лучшей команды лиги все равно, что гадать на кофейной гуще о своих шансах на победу в этом году.

Также есть тот факт, что ребята на другой стороне поля могли бы быть моими товарищами по команде. Но сегодня это не имеет значения. Я в форме «Денвера», и именно этому я буду верен все сорок восемь минут игрового времени.

— Выложитесь, ребята, — говорит тренер. — После последней игры внимание будет приковано к Клэю. «Кодиакс» на счет «три».

Руки всех опускаются, затем поднимаются.

Я поворачиваюсь к площадке и встречаюсь взглядом с разыгрывающим соперника.

Крики болельщиков Лос-Анджелеса уходят на задний план. На трибунах полно фанатов в цветах соперника, среди которых есть несколько наших смельчаков.

Я замечаю Нову, и во мне бурлит адреналин, не имеющий никакого отношения к игре.

Я зарабатываю миллионы, играя в баскетбол.

Я бы прикасался к ней каждую ночь бесплатно.

Она выглядит чертовски мило в черной кожаной куртке, ее розовые волосы развеваются, когда она подпрыгивает вверх-вниз, но это не та майка, которую я послал ей в подарочной корзины, которая ждала ее в самолете.

Она не готова объявить о своих чувствах.

А какие у нее чувства?

То, что она пришла ко мне домой, заснула на моем диване, пока я не освободился и не уложил ее в кровать — все это казалось более интимным, чем что-либо, что я делал за долгое время.

Сейчас это не имеет значения, напоминаю я себе, когда раздается свисток.

Невозможно понять, как они спланировали нашу игру, но когда мяч поднимается вверх, Атлас берет на себя инициативу команды, и план Лос-Анджелеса быстро становится ясен.

Джейден ведет мяч по площадке, затем переходит ко мне. Я прорываюсь сквозь их защиту и забиваю мяч под оглушительные аплодисменты.

Они отыгрываются другим способом, пробивая наших ребят так же, как я их.

В следующий раз Джей ищет новичка. Он освобождается от защитника, перехватывает пас, прорывается к корзине, чтобы сделать лэй-ап... и его забирает центровой.

Толпа взорвалась.

Следующие пять минут проходят в мучительном напряжении.

Тренер ничего не меняет. Какого черта? Новичек плохо играет. Я бы его заменил. Но, видимо, тренер хочет, чтобы мы сами разобрались.

Есть только один выход. В следующий раз, когда мы возвращаемся, я киваю Джейдену.

Они наседают на меня с той секунды, как мои руки находят мяч. Удваивают защиту, делают все сложным. Я скрежещу зубами и пробиваюсь сквозь них к корзине, чтобы сделать бросок, получая за это жесткий фол. Когда выхожу на линию, мяч пролетает через сетку, и я бросаю взгляд на разыгрывающего «Лос-Анджелеса».

Энергия зажигает во мне огонь соперничества.

Мы отыгрываемся в первой четверти тайма.

В перерыве мы выигрываем четыре очка благодаря тому, что я несу команду на своих плечах.

Тренер отводит меня в сторону в раздевалке.

— Это предсезонка. Дай Новичку поиграть.

— Ты хочешь победить или нет?

Он выставляет меня в невыгодном свете, что плохо сказывается на моей репутации.

— Это долгий сезон, Клэй.

Я сокращаю расстояние между нами.

— Ты же знаешь «Лос-Анджелес». Они будут припоминать нам проигрыш весь год.

Когда мы возвращаемся на второй тайм, я поднимаю глаза и вижу Нову на трибунах.

Она проделала весь этот путь, чтобы посмотреть, как я играю. Села в самолет, когда я знаю, как сильно это ее бесит.

Конечно, она не знает, что я заказал самый комфортабельный самолет, который только можно было достать для двадцати человек. Но все равно. Что бы я ни чувствовал, я хочу быть лучше. Для себя и для нее.

Я стараюсь отойти на второй план. Я отбегаю от Джейдена и киваю Новичку. Затем Новичок промахивается, и мое разочарование нарастает.

Я открываюсь для Джейдена, и он отдает пас мне.

Парень из другой команды врезается в меня, и я падаю.

— Постарайся не повредить товар, — их разыгрывающий протягивает руку, чтобы помочь мне подняться.

От его слов мое сердце бьется сильнее. Он капитан команды Лос-Анджелеса. Он, скорее всего, знает о переговорах, как никто другой.

Я отряхиваюсь и жду, пока кто-нибудь из моих товарищей по команде поможет мне подняться.

Следующие десять минут игры проходят жестоко. Я получаю мяч. Они заманивают меня в ловушку. Я пробиваюсь сквозь нее, возвращая нам очки. В этом больно участвовать, и я уверен, что смотреть на это еще больнее.

Тренер жестом подзывает меня.

— У меня есть для тебя задание, — он указывает на скамейку запасных.

Первым делом я хватаюсь за ворот своей майки.