– Не получится. Высокие стены, глубокий ров с водою. Не получится.
– Тогда пускай ждёт известия. Долго ждать придётся.
– Два неизвестных из трёх мы определили. Голубь, скорее всего, улетел к третьей, пока не известной величине. Нельзя исключить и наличие четвёртой силы. Так что, барон, расслабляться нельзя.
– Мало приятного, но вы правы. Пойдёмте, господа, вниз. На сегодня, думаю, представления закончились.
Освежающий, но упругий ветер разметал черноту после взрыва. На небе сияло яркое, слепящее солнце. Вокруг пели и щебетали птицы. Сегодня война обошлась малой кровью.
– Да, господа, в такую погоду и воевать не хочется.
– А вот немного винца? Если, конечно, господин барон угостит из своих запасов.
– Угощу. И с удовольствием. Отпразднуем бескровную победу над войском Вепря. Отец часто говорил о нём и говорил, не расслабляться возле него.
– Барон, а как насчёт того, чтобы поощрить тех, кто подорвал этот проход?
– Но эту версию надо ещё проверить.
– Обязательно.
– Наставник, проверьте свои версии, а потом напомните мне об этом.
– Непременно, господин барон.
– Постоянно вспоминается классика, что жить хорошо, а хорошо жить ещё лучше. Понимаешь, старец, одно – это когда охраняешь того, кто купается в роскоши, другое – самому жить так. А я сейчас сам так и живу.
– Примерно такие же мысли были и у крестьян в семнадцатом году. Вроде бы правильные. Только постановка вопроса кардинально не правильная. Они хотели и уничтожили всех богатых, которым завидовали, а надо было самим стать, как эти богатые. Надо было всем стать богатыми, а они сделали всех бедными, при этом уничтожив тысячи людей. Я уже говорил о праве человека и обязанности государства. Абсолютного равенства быть не может.
– Понимаю, не дурак. Они и сейчас, что в Америке, что у нас, подкупают профсоюзы, организуют фонды для дураков.
– В застойные времена Брежнева, кто мог, врывался в эту элиту, но тогда они и нам давали жить. Можно было пожаловаться, и это было действенно. А весь двадцать первый век в России-матушке? Смута да кабала. Работа по двенадцать часов на хозяина за мизерную зарплату и некому пожаловаться, т.к. всё продажное, что полиция, что прокуратура. Отчасти, даже лучше, что нас сюда зашвырнуло из той помойной ямы, что сделали из нас от Горбачёва до Медведева.
– Была же у Медведева хорошая еврейская фамилия, так нет, поменял её на какую-то смешную – Медведев. Вы посмотрите на него. Какой из него медведь. Так, суслик из норки выглядывающий. Метр с кепкой.
– Хорошо хоть, как Абама с крохотулькой гантелькой не бегает.
– И не говори. Здесь всё честнее.
– Но могут и кинжал в спину, и стену взорвать.
– А ты как хотел? Иначе завянем, как цветочки.
– Да-а, хорошо жить.
– А хорошо жить ещё лучше.
Бароны сидели в комнате молодого барона и играли в кости на щелчки – шалобаны. Кости – единственная игра, впрочем, рулетка тоже, но о рулетке здесь пока не знали, где рассчитывать можно только на удачу, и на математические факториалы вероятностей.
В дверь постучали, и вошёл десятник личной стражи.
– Господин барон, к замку приближается отряд воинов. Судя по штандарту, это барон Ротшильд.
– Неужели далёкий отпрыск земного магната?
– Не знаю, барон Митрас, но здесь он имеет вес. И этот вес соответствует весу его полутора тысячной хорошо вооружённой и обученной армии. У него сейчас хороший повод покормить свою армию на чужих землях, поэтому наличие такого маленького отряда наводит мысль о готовящейся подлянке.
– А, может, это его отряд подорвали ваши умельцы.
– Нет. Мои люди немного подкопали и достали несколько погибших. Там всё, как и предположил наставник. Здесь что-то другое, но где и когда?
– Вообще-то, люди с такой фамилией обычно действуют чужими руками.
– Ну, брат Митрас, не скажи. А библейский Давид? Воин ещё тот. Со своим отрядом, состоящим, в основном, из разбойников и наёмников, сколько он шороху навёл в своё время и чего добился. Видимо, этот из той же породы.
– Тогда пошли готовиться к обороне?
– А у нас есть выход?
– У нас нет. А у барона Иохана есть.
– «Со щитом или на щите», так, кажется, говорили на земле?
– Браво, барон! Мои комплементы. И за знание земной античной цивилизации и за мужественное решение. Решение достойное настоящего барона. Вашим учителям и наставникам тоже моё почтение.
– Барон, я, как и старец, и как барон Аркон, восхищён вашим мужеством и решением.
– Неужели я так похож на труса?
– Что вы, барон. Вы молоды и не имели опыта руководства, отсюда у человека в такой ситуации вполне обосновано могли возникнуть некоторые сомнения. Но вы сразу разрубили свой гордиев узел. Вы поступили, как в своё время, великий Цезарь. Такие поступки вызывают уважение.
– Тогда пойдёмте на стену.
