– Мисс Пенелопа Эсмондхэйл, старшая дочь Дианы и Джейкоба Эсмондхэйлов из Беркшира, если вам угодно знать, кто я на самом деле.
– Тогда прошу прощения, я знаком с вашей сестрой…
Джулия в это время пыталась физически превратиться в незаметное ничто, прячась за плечом сестры, чтобы Руперт ее не видел.
– Я передам ей ваше приветствие, как только появится удобный случай…
– Но ведь мисс Джулия за вашей спиной? – удивился джентльмен.
– А вы забываетесь, сэр, это церковь и сейчас заупокойная месса, и в данный момент, надобно выражать скорбь, а всякого рода приветствия подождут…
Майерсон сухо поклонился и тут же освободил свое место близ сестер, да и какая-то немолодая дама впереди нервно оборачивалась пару раз, чтобы глазами его отыскать. По всей видимости, эта аскетического телосложения леди с тонкими чертами лица, была его женой, к которой он испытывал такие же чувства, как и к своему траурному наряду. И, тем не менее, он уже оказался по правую руку от нее, (по наблюдениям Пенелопы) оставшееся время что-то доказывал супруге, которая нервно махала веером во все стороны.
– Ты его боишься? – спросила Пенелопа, забавляясь перебранкой молодоженов.
– Нет, Пен, просто мне неприятно.
– И этим ты вновь и вновь даешь ему повод себя передразнивать.
– Надеюсь, после сегодняшнего дня я его больше не увижу.
Пенелопа картинно возвела руки к небу, как бы подтверждая и поддерживая слова сестры. Но потом ей надоело просто сидеть и наблюдать, проповедь подходила к концу, семейный склеп уже был подготовлен принять еще одно тело в свои холодные объятия, и похороны можно было считать оконченными. И это показалось слишком банальным для барышни, и она решила тихонько изучить собравшуюся публику, наверное, просто из скуки. В одинаковом убранстве мужских пиджаков и женских платьев, которые едва шевелились, а народу было прилично, кто-то из джентльменов на задней лаве осторожно коснулся полов своей шляпы, Пенни приросла к земле, ей показалось, хотя НЕТ!, она вполне отдавала отчет, что видит воочию мистера Мартина. Но потом несколько разодетых во все черное дам, выступили вперед и закрыли от девушки ее видение, а затем и само видение со скамьи испарилось, когда Пенелопа снова смогла беспрепятственно рассматривать скорбящих.
Он здесь!?
Уже у самого выхода, ее уха коснулся приятный мужской шепот:
– Здравствуйте, – но видимо говоривший это, тотчас отошел от ошеломленной девицы, растерявшейся всего на минуту, потом она снова отыскивала знакомое лицо в толпе, покидавшей стены собора. Но было это потом, а сейчас она успела сделать для себя еще одно открытие:
– Роберт, ты должен подойти к матери, – звучал мягкий женский голос.
– Дорогая, я бы с радостью, но…
– Мистер Файнел, решайтесь, а я пока побуду с кузиной… и моя Эдит, она сможет поддержать Барбару.
Молодой джентльмен, а вернее младший сын Эммы Файнел, заколебался. Насколько известно ранее, его опрометчивый брак не одобрили, а он в свой черед порвал на время всякое общение с родными. Пенелопа не возражала против женитьбы, а посему она с легким сердцем повернулась к нему лицом и улыбнулась, он узнал ее:
– Кузина Пенни, – искренне удивился Роберт, – Барбара посмотри, кто очутился подле нас…
Молодой мистер Файнел встал и все представители мужского пола последовали его примеру, дамы приветствовали ее, выражая сдержанную радость. Затем Роберт завел разговор в той манере, к которой был склонен с самого детства:
– Дорогая кузина, присядь, нужно мне с тобой потолковать. Как нынче обстоят дела у дядюшки и тетушки? Как чувствует себя леди Файнел и братец Мориссон?
На эти вопросы Пенелопа ответила, что отец вернулся из Франции, мать чувствует себя хорошо, леди Файнел вполне здорова, если не учитывать нынешнего скорбного ее настроения, а Мориссона она видела накануне погребальной церемонии, и он был в приподнятом настроении, как ей показалось.
– Его можно понять… сколько времени сносить родительскую опеку, я с ним виделся иногда на скачках и бедняга постоянно жаловался… впрочем, теперь это уже не важно.
– А леди Файнел знает, что ты здесь?
– Нет, я пока… я приехал сразу, как прочитал в “Утреннем вестнике” о смерти отца.
– Тогда ты должен подойти и поговорить.
– О, после церемонии, может завтра, милая кузина, думаю сейчас леди Файнел и так огорчена, а я побаиваюсь попадаться ей на глаза.
Тем не менее, горе горем, а пора и о вежливости вспомнить. Роберта вдруг осенило, что он до сих пор не представил никому из его друзей свою кузину, хотя некоторые из них косвенно и были с ней знакомы.
– Вот я глупец, милашка Пенни, разреши представить тебе мою супругу Барбару (которая покраснела от волнения одолевшего ее), свояка Френка Миллса, невесту его – Эдит Мэлон, Джона Мэлона и миссис Мэлон. Все они на добровольных началах подставили свое плечо, чтобы я и Барбара утешились.
– Мистер Мэлон, рада еще раз с вами свидится, хотя сейчас мне неловко припоминать каких глупостей я наговорила в прошлую нашу встречу.
– Так вы знакомы? – удивился Роб.
– Я танцевала единожды с мистером Мэлоном на балу в Моулде.
