Хочу с тобой поделиться хорошими новостями о моей жизни. Свершилась мечта детства – я выхожу замуж на следующей неделе. Мой жених распрекрасный Джеймс Джонсон – брат миссис Льюис, оказался не только хорошим знатоком музыки, но и настоящим джентльменом. Он по достоинству оценил мои способности, расхваливал учителя, отчего старик Гордон Энтли раскраснелся, а еще пригласил нас с маменькой и отцом навестить его, как он выразился, скромное поместье. Это была самая великолепная поездка в жизни, мистер Джонсон оказался очень добр ко мне, каждый вечер я исполняла перед ним сонаты Моцарта и Бетховена, и он получал от этого истинное удовольствие. Пела соло и дуэтом, так проходили те чудесные музыкальные вечера. И оказалось, что он питает ко мне нежные чувства, я от него в восхищении, и через четыре месяца нашего знакомства, сделал мне предложение и теперь твоя подруга выходит замуж. О, я так счастлива, порадуйся за меня. Миссис Льюис говорит, что для нее честь отныне называть меня сестрой, мы с ней часто встречаемся, даже помогала мне и матушке выбирать материю и хорошую швею, которая пошила самое лучшее подвенечное платье, подарила красивые серьги с просьбой, чтобы я одела их ко дню свадьбы. Хотела было пригласить и тебя, но матушка воспротивилась, объяснив тем, что ты очень некрасиво вела себя в школе и можешь учудить такие же проделки на свадьбе, и запятнать репутацию нашей семьи. Но, надеюсь, что смогу пригласить тебя в свой новый дом, познакомить с мужем и миссис Льюис. Исполнить красивую мелодию и даже спеть нашу школьную рождественскую песенку, надеюсь, ты не забыла?
Твоя счастливая подруга,
Сюзанна Тоулс, будущая миссис Джонсон.”
Пенелопа написала ей самое горячее поздравление, на которое только была способна. Она выразила мнение, что мистер Джонсон – некий принц на белом скакуне и он достоин своей невесты. Потом сообщила, что очень радуется счастью подруги и с охотой поедет погостить у нее денек-другой и даже немедленно начнет разучивать старую песенку, чтобы не ударить лицом в грязь перед гостями.
К сожалению, больше никаких вестей от подруги к ней не приходило. Поначалу, барышня думала, что семейная жизнь отнимает много времени: медовый месяц, поездки, новые знакомые, новая жизнь. А через два года поняла, что приятельница попросту забыла о ней и даже не сочла нужным написать о теперешней жизни. Такое разочарование сделало Пенелопу ярой противницей всяких браков, и она решила, что не выйдет замуж. Но это была не единственная причина такого серьезного умозаключения, произошло еще два происшествия связанные с нашей героиней. Два раза ей делали предложение руки и сердца: первым несостоявшимся женихом стал кузен Мориссон – розовощекий толстяк, низенького роста с противным гнусавым голосом и скрытным характером. Его барышня знала с детства, родственник никогда ей не нравился, своей неуклюжестью лишь вызывал смех, а недалеким умом – презрение. Однажды он, пыхтя возле нее, встал на колени и признался в любви, выразив желание жениться на ней, Пенелопа чуть не расхохоталась ему в лицо, нечеловеческими усилиями сдержалась и попросила время подумать. Но вечером, перед матерью, открыто насмехалась над ним, мадам целый вечер отчитывала свою нерадивую дочь, умоляя, чтоб та приняла предложение или облачила отказ в учтивую форму. На следующее утро Пенелопа, с невинным личиком и ангельским голоском, объяснила Мориссону, что питает к нему сестринскую любовь и поэтому не может принять такое предложение. Как ни странно, но он не обиделся, а еще Пенни целый час напевала ему, что его жена должна быть титулованной леди, именно такую жену кузен и заслуживает. От таких слов, лопоухий женишок-неудачник зарделся и от чистого сердца поблагодарил свою родственницу. Со вторым она не церемонилась, этот горе-претендент к ней не питал никаких чувств, кроме наживи. Хотел жениться ради приданного, чтобы с помощью спекуляций поправить пошатнувшиеся дела семьи. Пенелопа без зазрения совести отказала ему, за это женишок на нее обиделся, а его мать, злая на язык сплетница, очернила девушку на всю округу. Конечно, никто не мог очернить репутацию Дианы Эсмондхэйл, но ее дочь стала отныне нерадивым дитем.
