У Веры нет работы и гармонии в жизни, однако есть особый дар: девушка хорошо чувствует людей. Однажды она помогает старой соседке съездить к нотариусу, чтобы составить завещание. А после ее внезапной смерти получает от нее ключ и загадочное послание: «Вспомни про перенос неизвестного в уравнении". Вскоре по телефону ей назначают время и место встречи. Оказывается, старушка оказалась непростая: когда-то она работала в составе секретной группы, которая занималась практическими исследованиями и экспериментами по созданию агрегатов для перемещения в прошлое.Так начинается новый год Веры: удивительный и полный неожиданных возможностей.
Кто придумал, что перед Новым годом нужно успеть сделать все дела? Даже те, которые ты вообще делать не собралась бы никогда, если бы не этот предновогодний запал? К примеру, моя подруга и по совместительству мой босс Ирма решила подложить мне свинью и заставить сделать все переводы до праздников. Скажите пожалуйста, какая срочность!
Вот и у моей соседки с третьего этажа возникло непреодолимое желание составить завещание именно сейчас. Ох, и навязалась же эта бабка на мою голову! Я вообще столкнулась с ней совершенно случайно: перевозила вещи в новую квартиру.
Честно говоря, к началу зимы нервы мои были ни к черту. Личная жизнь тоже не радовала: при «моей-то ангельской внешности», как любила охать мама. Пару месяцев назад поссорилась с отцом, гордо отказалась от родительских денег и устроилась работать переводчиком. А еще переехала жить к бойфренду Мише. Решила, что докажу родителям свою способность существовать сама. Это было очень наивно: избалованная Барби на красном Мини-Купере отправилась в большую жизнь.
И вот я снова таскаю вещи. Переезжать накануне Нового года – не лучшая идея, но ровно неделю назад я рассталась с Мишей, не оправдавшим возложенного на него доверия. Словом, решила начать новую жизнь. Но не с Нового года, как полагается, а непосредственно перед ним.
Квартира, которую я присмотрела, располагалась в хорошем районе, а дом, несмотря на солидный возраст, можно было назвать образцовым. Чистенький подъезд, цветочки на окнах в холле. И даже бабка, сидевшая на лавочке у подъезда, казалась образцово-показательной.
Впрочем, бабкой я ее назвала из вредности. Выглядела она очень даже современно: седые кудельки, трико, худи с капюшоном, палки для скандинавской ходьбы. Конечно же, ей сразу понадобилось узнать, кто я и по чью душу явилась в их спокойную гавань. Она трижды назвала меня красавицей, а когда узнала, что я буду жить прямо над ней, радостно всплеснула руками и стала источать елей. Наверное, задабривала меня, чтобы я ее не затопила.
Через день мы снова пересеклись во дворе – я выносила мусор – и Маргарита Семеновна огорошила меня своей просьбой:
– Верочка, мне, право слово, неловко… Не свозите ли меня к нотариусу? У вас авто, а я ногу подвернула: скандинавская ходьба, чтоб ее… Я заплачу! Мне срочно надо, а внук далеко. Наверное, даже не приедет на праздники. Командировка по работе.
Оказалось, бабкина дочка жила в Израиле со вторым мужем, мать навещала редко. Внук устроился на какую-то секретную работу и постоянно отсутствовал. Короче, выходило так, что соседка была почти что одинокой, и мне стало ее жалко.
Конечно, можно было свозить ее к нотариусу и в новом году. Более того, Маргариту Семеновну можно вообще туда не везти! Потому что ее идея – обязательно в этом году составить завещание – была преждевременна, надеюсь, на десяток лет. А учитывая мое паническое настроение последних дней, вообще не ясно, кто должен был заверять свою последнюю волю – она или я.
Видимо, бабке тоже хотелось иметь дела, которые необходимо сделать до Нового года. Видимо, она чувствовала себя исключенной из актуального жизненного процесса: все успеть до боя курантов.
И что соседка собирается так торжественно завещать? Хотя, когда я заходила к ней в день переезда (бабка позвала меня пить чай), отметила, что в квартире есть старинные вещи, книги и картины. Я не была большим знатоком, но, возможно, все это имело определенную ценность.
И вот утром двадцать девятого декабря, когда я могла бы, наконец, отринув тоску и печаль, погрузить свое бренное тело в кресло салона красоты, я подобрала у подъезда свою соседку. Она облачилась в модное пальто на ватине и не завещанную еще норковую шапку, я погрузила ее в свое теплое транспортное средство, и мы отправилась в нотариальную контору.
Там нас встретила кругленькая девушка-нотариус. На ее лице, а также на голове и в одежде я обнаружила все те же следы предновогодней гонки. Мы обменялись с ней понимающими взглядами: ей тоже хотелось в салон красоты. Оставив соседку заниматься последней волей, я вышла на улицу и впала в задумчивость. Зачем нужны эти каникулярные дни после праздника?
По-моему, это миф, что, отпраздновав Новый год, все стремительно разъезжаются в увлекательные путешествия. Обычно все только собираются, а потом никуда не едут. А к пятому числу, подъев и выпив все праздничные запасы, ведут образ жизни сурка у телевизора. Хотя мои родители честно собирались на Мальдивы, если бы не закрытые из-за вируса границы. А я в этот раз твердо решила уехать с Ирмой и ее друзьями хотя бы в Москву: компания намечалась веселая, а сидеть дома и вспоминать бывшего – идея так себе. Как он там заявил мне перед расставанием?
