35 Там же: «Когда я говорю, что Лукач не понял теории отражения, я имею в виду тот его умственный статус, который сложился на московской почве. Но, кажется, я не совсем прав по отношению к «Geschichte und Klassenbewustsein»» («История и классовое сознание»).
36 Там же.
37 Лифшиц М.А. На деревню дедушке // Лифшиц М.А. Либерализм и демократия. Философские памфлеты. – М.: Искусство – XXI век, 2007. -С. 250, 251.
38 Далеко не случайно, а совершенно закономерно противник Французской революции Т. Карлейль услышал в ужасающих деяниях санкюлотов глас Божий: «Не бойтесь санкюлотизма, поймите, что на самом деле он зловещий, неизбежный конец и чудесное начало многого. И еще одно необходимо осознать: он также исходит от Бога – разве не встречался он и прежде?» См.: Карлейль Т. Французская революция. История. – М.: Мысль, 1991. – С. 138.
39 Св. Григорий Палама. Триады в защиту священно-безмолвствую-щих. – СПб.: Наука, 2007. – С. 15.
40 Лифшиц М.А. В мире эстетики. – М.: Изобразительное искусство, 1985.-С. 223.
41 Св. Григорий Палама. Триады в защиту священно-безмолвствующих. – СПб.: Наука, 2007. – С. 74.
42 Там же.
43 Лифшиц М.А. Почему я не модернист? – М.: Искусство – XXI век,
2009. – С. 546.
44 Лифшиц М.А. В мире эстетики. – М.: Изобразительное искусство, 1985.-С. 307.
45 См.: Лифшиц М.А. Собрание сочинений: В 3 т. – М.: Изобразительное искусство, 1984–1988. – Т. 3. – С. 256.
46 См.: Хобсбаум Э. Эпоха крайностей. Короткий двадцатый век. 1914–1991. – М.: Издательство «Независимая Газета», 2004.
47 Лифшиц М.А. Очерки русской культуры. – М.: Наследие, 1995.-С. 228.
48 Там же. – С. 231.
49 Лифшиц М.А. Либерализм и демократия. – М.: Искусство – XXI век, 2007.-С. 215.
50 Лифшиц М.А. Что такое классика? – М.: Искусство – XXI век, 2004. -С. 145.
51 Лукач Д. Место Пушкина в мировой литературе // Вопросы литературы. – 2009. – Январь-февраль.
52 Лукач Д. Моральное призвание коммунистической партии // Лукач Д. Политические тексты. – М.: Три квадрата, 2006. – С. 177.
53 Лифшиц М.А. Собрание сочинений: В 3 т. – М.: Изобразительное искусство, 1984. – Т. 3. – С. 87.
54 См. об этом: Стыкалин А. Д. Лукач как литературовед, философ и политик: взгляд из Москвы в 1940–1970 годы // Вопросы литературы. – 2009. – Январь-февраль. – С. 103.
55 «Беседы с Мих. Лифшицем» подготовил и опубликовал в Венгрии Ласло Сиклаи. Цитата по: Архив Мих. Лифшица, папка № 669.
56 Лифшиц М.А. Что такое классика? – М.: Искусство – XXI век, 2004. -С. 164.
57 Дьёрдь Лукач приехал в Москву из Вены в самом конце 1929 г. В 1930–1931 гг. он работал в Институте К. Маркса и Ф. Энгельса, где и познакомился с молодым сотрудником этого института Михаилом Лифшицем. Лифшиц об этой встрече вспоминает так (см.: О встречах с Д. Лукачем (из воспоминаний Мих. Лифшица) ⁄ Публикация А.А. Вишневского // Философские науки. – 1988. – № 12):
«В 1930 г. в Институте Маркса и Энгельса мне была поручена организация нового научного кабинета – кабинета философии истории. Для него была отведена большая сводчатая комната в нижнем этаже старого барского дома, где располагался институт. Я занимался своими делами, окруженный книгами, когда в один прекрасный день дверь кабинета отворилась и вошел директор института Рязанов в сопровождении человека небольшого роста, явного иностранца, судя по непривычным нашему глазу бриджам и гетрам. Рязанов своим густым басом представил нас друг другу: "Это товарищ Лукач, он будет работать с вами в кабинете философии истории".
Появление нового сотрудника меня не удивило. Институт был тогда местом, куда откомандировывали работников Коминтерна, которые по разным причинам не были желательны в своих партиях. Лукач оказался в институте после неудачи его «тезисов Блюма» в 1929 г. и должен был оставить непосредственно политическую деятельность, сменив ее на работу научную.
В первый же день нашей встречи мы начали разговаривать, сначала осторожно, потом все более увлекаясь, и не заметили, как прошел целый день. Мы скоро поняли, что во многом сходимся или дополняем друг друга, и быстро почувствовали большую взаимную симпатию. Начался период наших" московских разговоров" тянувшихся целое десятилетие. О чем только мы с ним не говорили! Я не буду перечислять темы наших разговоров. Они касались не только философии, были среди них и проблемы, относившиеся к истории далекой и близкой, были и другие – общественно-политические. Жаль, что эти диалоги остались незаписанными. Мы оба жалели об этом и оба вспоминали о них с чувством грусти об ушедшем времени. Впоследствии Лукач мне говорил, что в сводчатом "погребе Рязанова" он провел лучшие дни своей жизни». (Д.Б. Рязанов (1870–1938) – создатель и первый руководитель ИМЭ, знаток текстов Маркса. Исключен в 1931 г. из ВКП(б) за связи с социал-демократической эмиграцией. Расстрелян.)
