Николай на слова жены только злился:
— Я — здоровый молодой мужик! Чего мне огород твой? Я же не пенсионер, чтобы с грядочками возиться, мне работу надо нормальную! Мне семью кормить надо!
Екатерина тихонько подходила со спины, обнимала его и целовала в затылок.
— Проживём… Ты только не переживай так. Нервные клетки не восстанавливаются — это раз, и все болезни от нервов — это два. Я тебе это как медик говорю, — улыбалась она. — А ты мне здоровый нужен, понятно?
Муж сердито поводил плечом, освобождаясь от объятий жены, и выходил на улицу.
Безрезультатно промыкавшись три месяца, он уже подумывал устроиться грузчиком в местный хозяйственный магазин, но что-то пока удерживало его от этого шага, думал решиться ближе к осени, если за это время ничего не подвернется.
2
И вот подвернулось… Примерно через неделю после того, как Николай с Екатериной в узком семейном кругу (были только родители) отпраздновали первую годовщину своей семейной жизни, после обеда к их дому лихо подрулила красная «Лада-девятка». С пассажирского сиденья возле водителя из машины вышел невысокий, коротко стриженый, плотный парень с простым широким лицом. Подойдя к калитке, он облокотился о забор.
— Хозяева! — крикнул парень. — Ау! Есть кто живой?!
Николай, который в это время в огороде поливал помидоры, услышав чужой голос, вышел во двор.
— О-о! Какие люди! — узнал он в приезжем своего бывшего одноклассника Олега Токмакова. — Олежка, какими судьбами?
— Колян, здоро́во! — заулыбался в ответ приехавший.
Николай вышел за ограду, и бывшие одноклассники, крепко пожав друг другу руки, обнялись. В школе они были дружны, но Олег после восьмого класса ушел учиться в строительный техникум, и их пути разошлись. Время от времени они, конечно же, виделись, знали, кто чем дышит, но не более.
— Ну, рассказывай, как жизнь? — Николай оглядел гостя с головы до ног. — Из наших кого-нибудь видишь?
— Да нормально всё, а из наших… — Олег пожал плечами. — Так, реденько кого-нибудь встречу. Кто уехал, кто ещё где. Да фиг с ними! — он безразлично махнул рукой. — Я чего приехал‑то… Слышал, ты без работы маешься. Правда? Или уже нашел чего?
— Да нет, не нашел пока, ищу… Не знаю, куда ещё сунуться.
— А в кооперативе не хочешь поработать?
— В кооперативе? А чего делать надо?
— Двери железные. Сейчас это тема номер один, точно тебе говорю, — парень усмехнулся и, засунув руки в карманы широких брюк, стал раскачиваться с пятки на носок. — Криминал, преступность, сам знаешь… Все кинулись двери железные себе ставить да решетки. Так что, без работы не сидим, и деньги живые всегда на кармане.
Николай неопределенно склонил голову:
— Подумать можно. Только я же не сварщик, варить не умею.
— Да сварщики-то у нас есть, нам просто человек ещё один нужен. Там же не только варить, там с перфоратором работать, с «болгаркой», что-то поддержать, что-то принести… Ну сам понимаешь. А при желании со временем и варить можешь научиться.
— А по деньгам чего?
— По деньгам всё нормально, будешь больше, чем в шахте иметь. И при этом безо всяких задержек. Раз в неделю дают. По первости, конечно, поменьше будет, ну там, типа испытательного срока, а потом уж как все.
— Гм… Раз в неделю это неплохо. А кто там ещё кроме тебя?
— В общем смотри, там расклад такой… — Олег потер ладони. — Хозяином у нас мужик один, деловой дядька, в годах уже, но башковитый. Сам он, конечно, с дверями не работает, но помещение, металл, инструмент — всё его. Ну и с клиентами он все дела решает. Вот… А нас, работяг, сейчас четверо. Пара сварных, я и Сашка Крауз, — он кивнул на «девятку». — Вон он, за рулём сидит.
— Немец, что ли?
— Ну да, — засмеялся Токмаков, — фриц.
Он махнул рукой водителю. Дверь открылась, и из машины вышел высокий симпатичный парень в черной кожаной куртке и темных очках. Подойдя, он протянул Николаю руку и представился:
— Александр.
— Николай, — кивнул тот в ответ и пожал протянутую ладонь.
Александр достал пачку «Кэмел» и закурил.
— Ну вот… — продолжал Олег. — Так-то четыре человека хватает, но в обрез, бегом бегать приходится. По деньгам вроде даже лучше выходит, но шеф говорит, ищите себе ещё человечка. Сам понимаешь — то один приболеет, то у другого дела какие-нибудь нарисуются, да мало ли… А работа страдает. Ну я вот про тебя и вспомнил. Только, Колян, ты с ответом не тяни, сразу сейчас говори, согласный или нет, а то мы дальше кого-нибудь искать поедем.
Николай внимательно слушал Токмакова, но на самом деле уже решил — надо соглашаться. Сколько можно на иждивении у жены сидеть? Поэтому, когда Олег, закончив говорить, вопросительно посмотрел на него, он согласно кивнул головой:
— Да чего тянуть, я не против.
