На установку дверей обычно выезжали вдвоем. Для этих целей в кооперативе был старенький грузопассажирский УАЗ‑452, прозванный в народе «буханкой». За рулем, как единственный из пятерых, у кого были водительские права, всегда был Крауз, а напарником ему обычно служил Токмаков Олег. Двух человек вполне хватало, чтобы установить стальную раму-коробку, навесить на шарниры дверное полотно и подогнать по месту замки. Сварочных работ там практически никаких не было, только приварить коробку к вбитым в стену стальным пруткам, и с этим справлялись сами установщики.
В один из дней (дело было в середине октября) Олег, отпросившись у Сергея Михайловича по каким-то своим делам, взял отгул. Глянув на Николая, директор спросил:
— Ты на установку ещё не ездил? Или был уже?
— Нет, ещё не был, — помотал тот головой.
— Ну вот и давай… — он повернулся к Краузу. — Саня, бери Мартова, и дуйте сегодня с ним на адрес. Пусть учится, пора уже.
— Сергей Михайлович, — Александр развел руками, — так, может, учиться лучше, когда мы с Олегом вдвоем будем ставить? Пусть тогда и Колян с нами едет да смотрит.
— А сегодня ты что предлагаешь? Отменить установку? Там, вообще-то, люди ждут. Отменишь сегодня — весь график собьется. Так что, надо было самим раньше головой думать, брать с собой Николая, чтоб учился. Давай, давай… Ничего, справитесь.
Загрузив в «буханку» дверь, сварочный аппарат, перфоратор, «болгарку» и другой инструмент, Крауз с Николаем поехали. Квартира, где надо было ставить дверь, находилась в обычной «хрущёвке» на четвертом этаже. Подъехав к дому, Александр заглушил мотор, щелчком пальца выбил из пачки сигарету и ухватил её губами:
— Колян, сгоняй сперва в хату, посмотри — дома они, нет. Вдруг никого, так, чтоб зря не кожилиться с дверью…
Николай кивнул и, выпрыгнув из машины, побежал наверх. Подойдя к нужной двери, он нажал кнопку звонка, внутри заверещала трель. Подождав с полминуты, Николай нажал кнопку снова, но никто не открывал. «Правда, что ли, дома никого нет? Как так-то?» — подумал он, собираясь уже уходить, но тут из-за двери послышался глухой женский голос:
— Кто там?
Николай только открыл рот, чтобы ответить, как замок щелкнул, и дверь открылась. В подъезд выглянуло заспанное девичье личико:
— Чего надо?
Девушка щурила глаза и с любопытством разглядывала Николая. Довольно пышные, длинные светлые волосы были растрепаны, а веки чуть припухли. Облизнув верхнюю губу, девушка вопросительно качнула головой.
Николай почему-то смутился, неловко переступил с ноги на ногу:
— Так мы это… дверь ставить приехали.
— Тьфу ты… — девушка наморщила носик. — Я ж забыла совсем… Ну давайте, ставьте, — она просто и открыто посмотрела на Николая и улыбнулась. — Вы извините, закрутилась вчера.
Тот пожал плечами:
— Да ничего, бывает… Сейчас всё принесем.
И он через ступеньку побежал вниз.
— Чего так долго? — Крауз, выйдя из машины, протирал тряпкой лобовое стекло.
— Да не сразу открыли, — махнул рукой Николай. — Заспанная вся…
— Кто заспанная?
— Ну кто… Хозяйка.
— А-а… Ну давай, подхватили!
Пока Николай с Александром затаскивали наверх железную дверь и необходимый инструмент, хозяйка квартиры более-менее привела себя в порядок. В коридоре, прислонившись плечом к стене, стояла стройная девушка в джинсах-варёнках и светлой рубашке навыпуск. Аккуратно расчесанные волосы спадали на плечи, обрамляя лицо, с правильными миловидными чертами: аккуратный носик, аккуратные губки, и большие, прямо и открыто глядящие глаза, в которых читалась легкая нахалинка.
Мило улыбнувшись, девушка спросила:
— Мальчики, а это надолго? Вы же шуметь будете, да?
Крауз оценивающе глянул на хозяйку и растянул губы в широкой улыбке:
— Шуметь мы, естественно, будем, без этого, увы, никуда, а вот надолго или нет, это во многом зависит от вас.
— От меня? — удивилась та.
— От вас, — кивнул Крауз, скорбно поджав губы.
— Почему от меня?
— Потому как покинуть ваш дом я смогу только тогда, когда вы меня прогоните силой. Сам от такой красоты я уйти не смогу.
Девушка фыркнула и отвернулась.
— Кстати, — продолжал Александр, — вы в курсе, что мы слишком долго ждали, пока вы отопрете нам дверь? Из-за этого у нас сдвинулось время следующей установки, а это, сами понимаете, репутационные потери.
— Чего? — девушка, прищурившись, с интересом посмотрела на него.
— Я говорю, моральный ущерб вы нам нанесли непоправимый, а за это штрафные санкции полагаются.
— Какие ещё санкции? Ты чего несёшь?
— Ну наконец-то! — Крауз поднял глаза к потолку. — Слава богу, мы перешли на «ты», и даже без шампанского на брудершафт. Но имей в виду, без поцелуя никак нельзя, таковы законы.
Девушка засмеялась:
— Ну и шустрый ты, как я погляжу.
— Это не я… Я же говорю — таковы законы. Ну так как? Прямо сейчас или попозже?
— Чего «попозже»? — не поняла хозяйка квартиры.
— Целоваться будем? — Крауз сделал серьезное лицо и пожал плечами.
— Какой целоваться?! Вы дверь ставить будете? Все мозги уже мне заплел…
