Поднявшись на гребень холма, мы увидели лощину «Плачущей Вдовы». С высоты она казалась не более чем живописной морщиной на лице земли. Ветер тихо шелестел в высокой траве, солнце приятно грело камень. Идеальное место для пикника. Или для идеально спланированной бойни.
— Я выдвигаюсь, — голос Праведника был низок и ровен, как гул церковного органа. В нем не было ни страха, ни азарта. Только холодная, выверенная решимость. — Свет озарит мой путь.
Я кивнул. Михаил положил руку ему на плечо.
— Да пребудет с тобой ритм моей песни и крепость духа, друг мой.
Кира лишь коротко кивнула, ее пальцы уже лежали на спусковом механизме арбалета. Она заняла свою позицию на вершине восточного склона, растворившись в густых зарослях дикого винограда. Ее [Комплект инженера-разведчика] делал ее практически невидимой на фоне листвы. Я же устроился чуть ниже, на каменном уступе, который давал мне идеальный обзор на вход в ущелье и на позицию Киры. Михаил остался позади меня, в небольшой расщелине, достаточно близко, чтобы его баффы доставали до поля боя, но достаточно далеко, чтобы быть в относительной безопасности.
Мы были готовы. Все фигуры стояли на своих местах. Оставалось только дождаться, пока противник сделает свой ход.
Праведник шел по центральной дороге с вызывающей медлительностью. Его сияющие доспехи были видны за километр. Он был маяком, кричащим: «Вот он я, легкая, одинокая цель!». Прошло минут пять, показавшихся вечностью. И вот, как я и рассчитывал, из-за поворота впереди показались они. Четыре фигуры в уродливой, шипастой броне. Два воина, Тень и Вспышка.
Они остановились, явно удивленные такой наглой и легкой добычей. Я видел, как они обмениваются короткими фразами. Их план, несомненно, был до смешного прост. Окружить и уничтожить.
Праведник, увидев их, разыграл свою роль идеально. Он замер на мгновение, словно застигнутый врасплох, а затем развернулся и бросился бежать. Не панически, а с достоинством воина, понявшего, что он столкнулся с превосходящими силами. Он бежал прямо к нам. Прямо в пасть ущелья.
— За ним! — донесся до меня усиленный игровой акустикой рык одного из воинов. — Не дать уйти!
Они ринулись в погоню. Четыре хищника, уверенные, что их жертва загнана в угол. Они вошли в ущелье, и ловушка захлопнулась. Праведник, добежав до заранее оговоренной точки — большого валуна у основания склона, — резко развернулся. Его бегство сменилось несокрушимой стойкой. Он с грохотом опустил свой огромный молот на землю перед собой.
— Дальше вы не пройдете, отродья тьмы! — проревел он, и его голос, усиленный эхом ущелья, прозвучал как раскат грома. — Здесь ваш путь заканчивается!
Воины на мгновение опешили от такой дурости, но их боевой азарт взял верх. Они с ревом бросились на паладина. И в этот момент наш собственный, тихий, идеально отлаженный механизм пришел в движение.
С вершины склона сорвалась тень. Это была не стрела. Это была сама Кира. Она спрыгнула, приземлившись точно за спиной Вспышки, которая как раз начинала плести свое огненное заклинание. Короткий удар рукоятью кинжала в основание черепа. Оглушение. Не совсем по плану, но сработало.
Маг замер, заклинание сорвалось. Кира не стала ждать. Она тут же отскочила назад, растворяясь в тенях у подножия скалы.
Праведник принял на себя удар двух воинов одновременно. Его доспехи загудели, как колокол, но он даже не пошатнулся. Полоска его здоровья едва дрогнула.
Мягкое золотистое свечение окутало паладина, мгновенно восстанавливая тот мизерный урон, что он получил. Михаил вступил в игру со своим [Аккордом Резонанса Души].
В тот же миг я увидел, как Тень, игнорируя танка, скользнул вдоль стены ущелья, направляясь к нашей поддержке. К Михаилу. Мой ход.
Огненная стена. Видоизмененная.
Стена пламени вспыхнула не узкой линией, а широким, низким барьером, перекрывая ассасину путь. Она наносила мизерный урон, но заставляла его либо остановиться, либо искать обход. Он выбрал второе, но я уже был готов и кинул на него [Ослепление].
Яркая вспышка ударила ему в лицо. Тень замер, протирая глаза.
Тем временем Кира снова вышла из тени. Вспышка как раз приходила в себя после оглушения. С тихого щелчка арбалет Киры выпустил короткий, черный болт.
Болт вонзился магу точно в плечо. Ее окутало зеленоватое свечение яда, и она опять замерла, парализованная. Идеальный стан-лок.
Праведник, видя, что его фланг прикрыт, издал яростный боевой клич.
— Почувствуйте ярость Света!
Его молот, окутанный золотым сиянием, обрушился на одного из воинов. Звук дробящегося металла был оглушителен.
Воин отлетел назад, его полоска здоровья рухнула больше чем на половину. Михаил тут же сменил мелодию. Резкий, диссонирующий аккорд ударил по второму воину [Аккордом Ноты Скорби].
