Возвращение в Лирию-Порт было как выход из глубокого погружения на оглушительно шумную поверхность.
После чистой, ветреной свободы Утесов, город давил. Запахи специй, пота и денег смешивались в густой, тяжелый коктейль. Гул тысяч голосов, стук молотов из «Наковальни», крики зазывал — все это обрушивалось на нас, напоминая, что наше маленькое эпическое приключение было лишь одной из бесчисленных историй, ежедневно разыгрывавшихся в этом каменном муравейнике.
Мы шли сквозь эту суету не как испуганные новички или растерянные жертвы. Мы шли как единое целое. Спокойные, уверенные, сплоченные общим испытанием.
Мы вернулись не просто с лутом и опытом. Мы вернулись с гордостью первопроходцев.
Общий зал в «Последнем Глотке» встретил нас привычным гамом и запахом дешевого эля.
Мы сели за тот же стол, но атмосфера была совершенно иной. Не было больше ни гнева, ни растерянности. Эйфория от победы тоже улеглась, сменившись тихой, деловой сосредоточенностью профессионалов, готовящихся к следующему проекту.
Кира тут же выложила на стол свое сокровище — огромное, переливающееся перламутром [Перо Великого Грифона].
Рядом она положила горсть [Ветряных кристаллов].
— С этим пером, — начала она, и ее голос был полон инженерного азарта, — я смогу встроить в арбалет модуль [Попутного Ветра]. По идее, он должен стабилизировать полет болта, используя потоки воздуха. Стрелы будут лететь дальше, точнее, возможно даже с донаводкой. Но это тонкая работа. Мне нужен гном-инженер уровня мастера, чтобы выгравировать фокусирующие руны, не повредив структуру пера.
Олег молча положил на стол свой новый [Топор Морского Прилива].
В его темном металле, казалось, скрывалась мощь океанской волны.
— Топор хороший, — ровным голосом произнес он, проводя пальцем по острому лезвию. — Но тяжелый. Баланс смещен к навершию. Потребуется перераспределить очки навыков из пассивной защиты в выносливость и силу, чтобы использовать его эффективно. Теряю 5% поглощения урона, приобретаю 25% к урону и контролю. Размен хороший.
Михаил же, казалось, и вовсе забыл о нашем присутствии. Он был полностью поглощен [Трактатом о Призыве и Удержании], его глаза бегали по строчкам древних рун, а губы беззвучно шевелились.
— Невероятно! — наконец выдохнул он, поднимая на нас горящий взгляд. — Это… это меняет все! Ритуал в маяке — он не просто призывал элементаля. Он использовал его как источник питания для чего-то большего! Маяк — это не тюрьма. Это… батарейка! Усилитель! Он собирает и концентрирует магию воздуха, а затем направляет ее куда-то. Но куда? И для чего? В трактате об этом ни слова, лишь намеки на «Великую Песнь»…
Все взгляды обратились ко мне. И к темному кожаному тубусу, лежавшему на столе передо мной.
Ответ, если он был, должен был находиться там.
Восковая печать была гладкой, без герба, лишь с выдавленным на ней простым символом — спиралью, уходящей вглубь себя. Я взял тубус и сломал печать.
Внутри был холст. Это была сложная, почти живая схема, начертанная серебряными чернилами на черном материале. Она была похожа одновременно на карту звездного неба и на схему нейронной сети. Мириады светящихся точек, соединенных тонкими, пульсирующими линиями. Внизу, выведенная каллиграфическим, но лишенным эмоций почерком, была одна-единственная фраза на древнем диалекте.
— «Они поют песню разрушения. Мы должны вернуть тишину. Ищи резонанс в диссонансе», — перевел Михаил почему то шепотом.
Мой мозг уже работал. Я активировал [Взгляд Аналитика], и схема на пергаменте вспыхнула для меня голубым светом, превращаясь из красивого рисунка в понятную карту данных.
[Анализ: Карта магических потоков региона. Линии — потоки энергии. Точки — узлы, места их концентрации. Обнаружены две точки аномального резонанса, излучающие «диссонанс»]
Карта в моем сознании увеличилась. Одна из пульсирующих, «больных» точек на схеме была мне до боли знакома.
— Подгород Лирии-Порта, — сказал я, указывая на центр паутины. — Тот самый нижний уровень, куда мы не смогли пройти.
Вторая точка находилась далеко на юге, у побережья.
— А это… — Михаил прищурился. — По расположению, это Затонувший Храм Древних.
Я откинулся на спинку скрипучего стула. Пазл сложился. Культисты не угрожали. Они не просили о помощи. Они поделились данными. Они увидели во мне не врага и не союзника, а другого исследователя, который, как и они, ищет источник «шума» в системе мира. И они указали мне на него.
— Похоже, наш поход в Подгород снова в силе, — сказал я, глядя на свою команду. Они больше не выглядели растерянными или уставшими. В их глазах горел холодный огонь понимания. — Но теперь мы знаем, что искать. Не просто сокровища или древние шахты. Мы ищем источник этого… «диссонанса». Источник «Песни разрушения».
