Я вспомнила её – статную высокую женщину с длинными светлыми волосами, сидящую за столом жюри. Она цепко, с прищуром наблюдала за стажерами из-за стёкол круглых очков и делала пометки в блокноте, изредка вставляя комментарии. Отчётливо слышался немецкий акцент.
– Я пока не могу судить. Но, мне кажется, она знает своё дело, – пожала я плечами. – Я уважаю профессионализм в людях.
– Ты и сама скоро станешь профессионалом, – ободряюще похлопала меня по плечу сидящая рядом подруга. – Я видела, как ты ловко делаешь аналитику рынка и ищешь площадки для размещения рекламы. Это точно твоё!
Я слегка смутилась и опустила голову – было сложно оценить себя в деле, которым раньше не занималась, но слова опытных коллег отозвались в груди приятным теплом.
– Правда, о Еве Швайн сложно судить однозначно, – немного поколебавшись, продолжила одна из девушек. Я подняла голову и вопросительно взглянула в её ярко-голубые глаза. – Все знают историю Марины Войковой.
Я заинтересованно подалась вперёд и кивнула. Она сделала глоток и продолжила – слегка участившаяся речь выдала в ней волнение при разговоре на эту тему.
– У нас в отделе работала Марина, сейчас она в декретном отпуске. А познакомилась она со своим мужем, Никитой Войковым, очень интересно. В один прекрасный день Ева Швайн вызвала свою хорошую знакомую, операционного директора, и подвела к тому, что у неё в отделе есть очень хорошая девочка – Марина, да только вот она не замужем.
Внезапно я почувствовала жгучий интерес к этой истории – положение этой Марины, которую я никогда в жизни не видела, почему-то казалось мне близким.
– И что было дальше? – от лёгкого волнения я залпом осушила бокал.
– Совместными силами они организовали для них с Никитой Войковым, технологом, совместную командировку в Чили, где у нас располагается дочерняя компания. У них там действительно закрутился роман, и вот, они поженились. Теперь Марина нянчит их ребёнка.
Я и сама не заметила, как окончательно расслабилась. Губы растянулись в широкой искренней улыбке. Коллеги доверились мне и рассказали эту неоднозначную историю, которая могла бы бросить тень на нашего босса.
– А что же в этом плохого? Помогли соединить сердца. Раз они оба были свободны…
– Кира. Никита был женат, у него был с бывшей женой ребёнок. Он развёлся, а на следующий день у них с Мариной была свадьба.
Холодный взгляд льдисто-голубых глаз рассказчицы зацепился за меня, ожидая реакции. Что я должна была почувствовать, как ответить? Осудить их и Еву Швайн? Но, наперекор ожиданиям, внутри меня расцвела надежда – значит, всё в этой жизни возможно. Перед глазами встал заинтересованный взгляд Льва, которым он меня то и дело окидывал меня на работе, заставляя всё внутри переворачиваться.
– Необычная история, – только и смогла выдавить из себя я.
– Мне противно это сводничество. Да и операционный директор потом упоминала, как ей стыдно, что её втянули в эту историю, – с плохо скрываемым отвращением коллега сама ответила на свой немой вопрос.
Я опустила взгляд, чтобы скрыть свою заинтересованность и надежду, и кивнула в сторону игровой дорожки.
– Может, приступим к игре? – предложила я коллегам.
Сегодня я узнала что-то очень важное для себя.
Я ни разу в жизни не говорила с Евой Швайн – но, может быть, она поможет однажды и мне?
Будильник легко выхватил меня из сна. Я открыла глаза и улыбнулась – 5 утра. За окном рождалось безоблачное небо и новый день. К этому моменту жар и голод, привходившие ко мне по ночам, когда мне являлись видения о Льве, стал уже совсем ощутимым – что-то грызло и обжигало меня изнутри, не давало заснуть, буквально заставляя сделать какой-то шаг… но какой?
Сегодня же, тем не менее, я спала крепко, и сейчас на душе была звенящая легкость – от знания, что именно в этот теплый сентябрьский день должно произойти что-то важное. Кроме того, сегодня мой день рождения! Я принялась за сборы, воодушевленно порхая по своей маленькой, стильно обставленной светлой студии. Через полчаса я довольно выдохнула и подошла к зеркалу.
На меня светящимися ореховыми глазами из-под густых ресниц смотрела изящная девушка. Я заправила за ухо светлую волнистую прядь, ещё горячую от плойки, надела шпильки и подхватила стоящие в коридоре пакеты с тортами и вином. Можно и нарядиться – день рождения бывает раз в году!
В голове пронеслась картина – я, хрупкая девушка на шпильках, стою около проходной с пакетами, и тут появляется Лев, и, как истинный джентльмен (в чем я не сомневалась!), галантно предлагает мне помочь донести их до кабинета. «Сейчас 7.20, когда мы доедем, будет 7.45, а в это время он как раз курит около проходной перед работой. Он не может не курить. И, как настоящий джентльмен, он не может не предложить свою помощь мне – тем более между нами уже есть особая связь, я видела это тогда, в его глазах… Итак, решено», – думала я, охваченная лихорадкой и лишь смутно осознавая наивность предположений.
