— Не предпримешь ничего, что напрямую касается меня, не поставив в известность или не объяснив, что должно происходить, — схватив его за запястье, я подергала конечность, мешавшую вести серьезный диалог.
— Вряд ли я так поступлю, — с невозмутимым видом проигнорировав мои попытки избавиться от его присутствия, где сейчас было не надо, альфа сунул руку еще глубже и поднял выше, надавив ребром ладони на чрезвычайно чувствительное после недавнего марафона место и промычал: — М-м-м, тепленько и влажненько.
— Прекрати, мы разговариваем, — схватилась за его большой палец и потянула, но стало только хуже: к давлению добавилось трение под раздражающе довольный комментарий: "Да, вот так, детка, я знаю, как тебе нравится"
— Риэр, — возмутилась я.
Руку он наконец убрал, но сразу же сел, привалившись к мягкой спинке дивана, и подтащил меня в себе, перевернув и заставив оседлать его. Уже твердого. Хрен редьки не слаще. Хотя есть один сорт хрена… Так, Рори, сосредоточься.
— Слушай, если бы я перед сном начал бы объяснять, чего хочу от тебя…
— Учитывая, что ты и сам ни черта не имеешь понятия… — перебила я его.
— Учитывая, что я имею весьма смутное понятие, — невозмутимо поправил он меня. — Короче, чего бы мы добились, кроме твоего еще большего нервяка? Ты смогла бы уснуть?
— Скорее всего, нет. Но по-твоему не вышло. Чего мы добились?
— Ты проспала почти семь часов.
— Да ты… — Мне показалось, что я едва глаза прикрыть успела, но глянув в окно, поняла, что Риэр прав: на улице уже светало. — Э-эм… спасибо. Наверное.
— И я разбудил тебя, когда запахло страхом, — продолжил альфа.
— Все равно ты должен был мне сказать… предупредить как-то, — упрямо нахмурилась я и поерзала на нем, вызвав наш синхронный довольный вдох и спровоцировав крепенький захват обеих моих ягодиц загребущими лапищами.
— Слушай, Рори, весь мой немалый опыт общения с женщинами говорит о том, что ввязываться с бабой в препирательства на серьезные темы — это прямая дорога к неудаче. Вас нужно ставить перед фактом или необходимостью уже действовать, и никак по-другому. — А вот сейчас мне ему шарахнуть по наглой морде захотелось. Очень сильно.
— Передай своему невдолбенно огромному опыту, чтобы он шел в задницу, и сам следом отправляйся, — зарычала я и чуть не сорвалась прочь, но сдержалась и только мягко вогнала ногти ему в грудь, пронаблюдав, как заиграли ноздри альфы и расширились его зрачки. — Не хрен на меня примерять его. Я, блин, у себя одна-единственная такая и неповторимая в целом мире. Ясно?
Риэр молча посмотрел мне в глаза с нечитаемым выражением, потом опустил взгляд вниз, словно на полном серьезе проверял, являюсь ли я заявленным эксклюзивным экземпляром, и медленно опять вернулся к визуальному контакту.
— Не пенься так, пупс, мне это уже некоторое время ясно, — сообщил он совершенно спокойно, и только в уголках глаз появились морщинки, намекающие на ехидную улыбку.
— Тогда потрудись не поступать со мной, как с остальными, — "своими бабами" не повернулся сказать язык, потому что бесит вообще приписывать кому-то хоть какой-то намек на права собственности относительно… что не их, короче. — Если мы партнеры, то и поступай со мной как с партнером. Не знаю, к чему ты там привык, но я лучше соображаю и действую тогда, когда знаю, чего ожидать или к чему нужно стремиться.
— Закончила? — Я кивнула. — Тогда предлагаю перепихнуться в качестве доброго утра.
— Да почему же ты такой… — закатила я глаза и стиснула кулаки, отчаянно желая вмазать ему что было сил.
— Спокойно, зажигалка, — оборвал меня Риэр, толкнувшись бедрами вверх. — Я все услышал и осознал. Обещаю ставить тебя в известность о планах, возможно, советоваться с тобой, если сочту полезным, но это не относится к экстремальным и неожиданным ситуациям. В них условия останутся прежними: я действую по обстоятельствам, так, как считаю нужным, а ты просто доверяешься мне. Сойдет?
— Сойдет, — сказала я вслух и добавила про себя: "Мы над этим еще поработаем".
Пробравшись по руинам кухни, среди уцелевших продуктов и посуды я сумела отыскать нужное, для того чтобы сварить альфе кофе и организовать гигантского размера многослойные бутерброды, и разжилась для себя совсем чуть треснувшей кружкой чая и куском мягкого хлебушка с помидорами и копченой курятиной.
— С Уравнителем на улице общаться будете, — постановил Риэр, одеваясь для вылазки в город с моими связанными.
Перед тем как загрузиться с десятком парней в появившийся на лужайке перед домом большой микроавтобус, он несколько раз перевел напряженный взгляд с меня на подтянувшегося, зевавшего и, как обычно, ковырявшегося в телефоне Михаила и обратно, будто хотел что-то сказать, но размышлял, стоит ли это делать. Но так и ушел молча. Когда они уже отъезжали, я засекла среди деревьев, в разных местах, несколько фигур с рациями, так что без присмотра меня не оставили.
— У меня сон был, — решила я сразу поставить в известность Уравнителя, — и он отличался от предыдущих.
— Чем? — сразу оторвался от экрана он.
