Мне ее, конечно, жалко, тем не менее, я считаю, что получила она по мозгам совершенно заслуженно. Как говорится, не зная броду, не суйся в воду. Я ведь тоже не подозревала, что она захочет поковыряться у меня в голове. Откуда же мне было знать, что, лишь отмахнувшись от навязанного состояния, я нанесу ей такую травму.
Так и выяснили опытным путем, что и к менталистике я тоже причастна. Вот такой вот коктейль или, как сказал Андрей при первой нашей встрече, компот из разнообразных плюшек. И это я только, образно говоря, рукавом махнула. Представляю, что можно натворить по незнанию с таким даром. Вот и получается, что как ни крути, а учиться мне нужно, и чем раньше, тем лучше. Не приведи господи, обнаружится еще что пострашнее, и по закону подлости, вылезет в самый неподходящий момент.
С Катей все обошлось без последствий для нее. Отлежалась, оклемалась и только тогда Данилыч смог прилететь сюда.
Сначала они много беседовали с Алексеем. Я полагаю, его предупредили, чтобы не проговорился про отцовство. Кто их, этих Хранителей знает, может они и без анализа крови родство могут определить. Так вот глянул на человека и, пожалуйста, ответ готов.
Потом подключили и меня с дедом. Маргарита благоразумно отказалась посвящаться в сии тайны, а Ольге противопоказано волноваться, ее на всякий случай не допустили.
О Проводниках сохранилось так мало информации, что практически ничего нового к рассказу Андрея Данилыч прибавить не мог. Разве что постарался объяснить, что происходит с людьми, потерявшими искру. Как выяснилось, ничего страшного. Этот круг потенциальных Проводников сохраняет свои способности к эмпатии и менталистике и дальше. А уж как они ими пользуются, дело сугубо личное. Многие стремятся к профессии психоаналитика, кто-то становится прекрасным диагностом, следователем, кто в гадалки направляется, а кто и в аферы ударяется, шулерства… да мало ли где человек с такими способностями может быть востребован. А уж если к озвученному прибавить склонности к внушению и гипнозу, то и в политике все двери открыты.
То же самое и с Хранителями. Конечно, здесь спектр возможностей шире, но и сила их на несколько порядков ниже, чем у Проводников. Эти два клана всегда действовали сообща, первые непосредственно воздействовали на объект, а вторые направляли их действия. Такой вот симбиоз. Хранители и в одиночку могли что-то сделать, но возможности при этом оставались незначительными.
Для себя я все перевела на понятный мне язык – Хранители это МЧС, а Проводники – устройства типа живого компьютера, то есть все понимаю, но сделать ничего не могу, а вот рассказать и показать – всегда пожалуйста. Данилыч смеялся до слез над моим вольным переводом своего объяснения, но вынужден был признать, что по сути он верен. Только вот компьютеры в последние столетия все как один ломались при запуске. А МЧС, она и есть МЧС.
Но вот меня, увы, невозможно причислить ни к одной из этих групп, так сказать два в одном. И бог весть, что еще может проявиться. Самым сложным на сегодняшний день был вопрос моих неконтролируемых «улетов» во время сна. Путешествия по астралу не только не приносили никакой пользы человеку, попавшему сюда вольно или невольно, но были крайне опасны, особенно для новичков. После первого предупреждения Данилыча, когда мы впервые там встретились, я была более осмотрительной, но, как оказалось, мне просто повезло тогда. Многие потенциальные Проводники погибают именно здесь, теряясь в астральном плане. Поэтому, первым делом, после общего знакомства была намечена «экскурсия» в астрал, может там кроется причина возникновения моих проблем.
Все это время мы настолько тесно общались с Иваном Даниловичем, что я автоматически стала считать его членом семьи. Умом я понимала, что нехорошо именовать взрослого человека Данилычем, просто кличка какая-то, но язык не поворачивался назвать его ни учителем, ни наставником. Более того, я начала обращаться к нему на «ты», как и все вокруг. По сути, он вдвое младше меня, но внешне-то совсем иначе. Хотя, деда я тоже на «ты» называю. Вот на этом и успокоимся, пусть и этот «дедом» будет.
* * *
Глава 4. ч.2
Иван Данилович отличался общительным характером, и вскоре стал своим человеком для всех без исключения домочадцев. Он смог расшевелить даже Татьяну Николаевну, на что уж эта устрица жила в своей раковине, но и она периодически выныривала из нее. А об остальных и говорить нечего.
И только мой дедуля никак не мог примириться с очевидным и постоянно был настороже. Лишь понимание безвыходности ситуации и моя личная просьба позволили ему воздерживаться от более решительных действий. Но с постоянным эскортом пришлось смириться. Вот и сейчас, гуляя по саду, я чувствовала в отдалении за спиной его присутствие. И это заполняло мое сердце благодарностью. Как причудлива жизнь – родные по крови люди выкинули меня из своей жизни при первом упоминании о моем будущем появлении, а совершенно посторонние приняли как свою.
