Привычным взглядом опытного педагога Ольга быстро оценила ситуацию и выцепила взглядом взъерошенного мальчугана, одной рукой цепляющегося за Машину ручонку, другой, прижимая девочку к себе. Он настороженно переводил взгляд с нее на Алексея, уже двинувшегося к ним навстречу, и потихоньку пятился назад, увлекая за собой Машу.
- Алеша – негромко позвала Ольга – подожди меня. – Легко сбежала по ступенькам крыльца и быстро подошла к детям. Маша рванулась вперед с криком: – Мама! – и Митя, не успев отпустить ее, непроизвольно шагнул следом. Оба они вдруг разом попали в крепкие объятия наклонившейся к ним женщины.
- Солнышки мои! Как доехали? – Она так ласково смотрела мальчугану в глаза, что у того стали наворачиваться слезы. – Ну-ну, все хорошо! – Притянув Митю к себе она легонько похлопала его по спине и, поднимаясь, взяла обоих детей за руки и повела в дом.
* * *
Я шла страшно недовольная. Терпеть не могу ходить с взрослыми за руку. Росточком не вышла. Это надо ж дотянуться до их руки! А потом ухватят за ладошку вместе с запястьем и волокут… Нет, это я не про Ольгу, как раз она очень осторожна. Тем не менее, рука вытянута вверх, еще и подтягивают ее слегка. Наверное, думают, что малышу так легче идти. А ты тащишься следом почти на весу с вывернутым под неимоверным углом плечом, подпрыгивая, когда ноги смогут коснуться земли. Сами бы попробовали в такой позе ходить.
Нет уж! Не нужна мне такая поддержка. Но, увы, сейчас не время свои права отстаивать, пусть Митя пообвыкнется немного. Да и пришли уже.
Я высвободила руку из Ольгиной ладони и, подбежав к мальчику, потянула его за собой. Только когда вся компания подтянулась в холл, я вдруг осознала, что о прежнем безмятежном существовании наш милый дом может забыть. Это сколько же нас тут собралось! Еще и Ванька где-то имеется. Месячишко-другой, глядишь, ползать начнет. Семья-то разрастается, как снежный ком.
- Митька, пойдем, я тебя с родителями познакомлю – шепнула я и потянула мальчика к вошедшим Алексею с Ольгой. – Смотри, Митя, какие у нас замечательные мама и папа. Я ведь тебе сестренка? Правда? – лукаво спросила я, заглядывая мальчику в лицо, и перевела взгляд на Алексея, сделав «страшные» глаза. Надеюсь, подыграет. Алексей изумленно взглянул в ответ и вопросительно посмотрел на Ольгу. Но она лишь пожала плечами пряча улыбку в уголках губ.
- П- правда – выдохнул Митя, глядя широко распахнутыми глазами на незнакомого мужчину.
- Вот! Значит мои мама с папой теперь и твои тоже! – подвела я итог, оборачиваясь к родителям и, скорчив недовольную гримасу, кивнула головой на мальчика.
Алексей, наконец, сообразил, что ему только что подарили еще одного ребенка, и, присев перед нами на корточки, серьезно посмотрел на растерянного мальчугана.
- Ну что, Дмитрий, получается, что нет у нас с тобой выхода. Маша моя дочь, а с недавних пор и твоя сестра. Ты ведь сам ее в сестры взял? Так? Значит, теперь ты тоже мой сын, а я твой отец. Правильно?
- Правильно – ответил Митька, не совсем понимая, почему он стал сыном Машиному папе, но чувствуя, что ничего плохого этот человек не собирается ему сделать. И назвал его по-взрослому, и выхода, говорит, у него тоже нет. Значит, надо соглашаться.
- Это моя жена и ваша общая мама – Алексей притянул улыбающуюся Ольгу к себе, обняв ее за бедра – и еще у нас есть Ванька, твой братик, но он еще совсем маленький и пока спит. Потом вы с ним познакомитесь. Маша еще тоже его не видела. А теперь, по местам! Давай дочка, веди брата к себе, будем обустраивать вас – скомандовал Алексей, поднимаясь на ноги.
Нас не нужно было уговаривать. Я соскучилась по своим апартаментам, а Митьке сейчас надо срочно куда-нибудь спрятаться от общества и прийти в себя. Потому мы наперегонки побежали в указанном мной направлении.
Почти час я водила Митю по теперь уже нашим общим владениям, блаженствуя от встречи с домом и наслаждаясь самим процессом знакомства нового члена семьи с каждым уголком нашего обиталища. Наконец, я сообразила, что мальчик уже с трудом воспринимает меня. Мысленно дала себе подзатыльник, отвела Митю в гостиную и усадила на диван, сунув в руки мягкую игрушку. Он любил сидеть вот так, и, уставившись в пространство, поглаживать-потискивать что-нибудь бархатистое. Наверное, эти минуты были для него чем-то вроде медитации. Бедный малыш, пусть придет в себя немного. Досталось ему сегодня не по детским силенкам.
