Ага, времени, которого непонятно сколько и до чего осталось. И пусть я предпринял единственные доступные мне сейчас меры касательно пророчества — поставил драконам запрет приближаться к землям орков, это лишь отложит возможный конфликт из-за факта их существования. Я ведь абсолютно не представляю, как именно орки и их духи отреагируют на больших огнедышащих ящерок у себя под боком, над которыми, кстати, не помешает немного пошаманить если разногласия все же возникнут. Например, попытаться повысить им плотность праны, её количество, или вообще попытаться магию дать.
Ну а пока остается лишь ждать, пока приток воды начнет покрывать потребности Леса с приличным запасом и возвращаться к территориальной экспансии земель людей и орков, а то учудят опять что-нибудь, а мне потом гадать что вообще происходит…
Одного художника император попросил написать Гималаи на стенах его дворца. Художник был Мастером дзэн; он сказал, что ему нужно для этого три года жить в Гималаях. Император спросил:
— Это займёт у тебя три года?
Художник ответил:
— Я прошу минимум времени, потому что, пока я не стану частью Гималаев, я не смогу написать их. Мне нужно пойти туда и раствориться в них.
По прошествии трёх лет он вернулся и расписал стену в три дня. Император пришёл посмотреть. Это было чудо! Он никогда не видел такие прекрасные горы. Даже настоящие Гималаи были немного бледнее в сравнении с ними. Он долго стоял и любовался, а потом заметил:
— Здесь я вижу тропинку, куда она ведет?
Художник ответил:
— Мы можем пойти посмотреть.
Они пошли и больше не вернулись.
Шел двухсот девяностый год от моего появления в этом мире. И в эту почти круглую дату, спустя пятьдесят два года после похода орков, люди наконец начали оттеснять последних от своих земель. Узнал я об этом, когда мои корни наконец достигли большого орочьего поселения, в котором располагалась та самая Арена, на которой, судя по воспоминаниям, проводилась Битва Сильнейших, позволившая Духам совершить скачок в развитии. Но так как от орков узнать о состоянии дел у людей невозможно, а поток захваченных людей практически сошел на нет, я решил подождать развития событий, сосредоточившись на изучении Арены.
Её вид, сам по себе, не внушал — круглая яма примерно метров сто в диаметре, обитая камнями по краю, вот только в духовном зрении предо мной открылась очень занимательная картина. Всё дно ямы было в извивающихся линиях энергии, по которым циркулировала смесь энергий Жизни, Смерти, Души, уже знакомых мне Материи и Изменения, а также нового аспекта — аспекта Энергии. При этом все они были переплетены между собой в замысловатый и неизменный узор, который видимо и являлся самой сутью проведенного здесь ритуала. От узора же шли шесть особо насыщенных потоков, идущих вдоль выгравированных на камне узоров к шести каменным тотемам, установленным на равном удалении друг от друга. К ним я, после некоторых раздумий, решил вообще не лезть — и так где-то на фоне маячило ощущение чужого взгляда.
Пока я как зачарованный разглядывал переплетение потоков магической энергии и пытался понять механизм работы ритуала, прошло достаточно много времени — день или два. Ко мне уже начала подкрадываться мысль, что пытаться разобраться в ритуальном комплексе, не имея представления о работе самих аспектов, вплетенных в него, а также о самом принципе составления подобных узоров — гиблая затея, когда на периферии духовного зрения началось какое-то копошение со стороны тотемов.
Промелькнула мысль, что я все же полез куда не следует. Промелькнула — и тут же исчезла, стоило мне окинуть взглядом происходящее вокруг Арены. А происходила там подготовка к поединку.
Несколько десятков орков уже занимали места на каменных трибунах, а за пределами Арены ко входу стекалось раза в три большее число зеленокожих. Пробежавшись по их мыслям удалось понять, что сейчас будет сражение насмерть между не поделившими что-то орками из разных племен. Копнув глубже оказалось, что не какую-то орчиху, да еще и очень сильно разругались в процессе, перейдя на оскорбление Племен друг друга, а после в едином порыве отправились на Арену. При этом оба орка были довольно знамениты среди зелёного народа, и очень даже сильны, судя по слухам и наблюдаемой мною плотности праны и её количеству, по сравнению с остальными.
Сами бойцы тем временем находились по разные стороны Арены и их обмазывали какой-то жидкостью, вырисовывая причудливые узоры на теле. Пока это происходило, я решил вновь заняться копанием в головах у пребывающих зрителей, чтобы понять, что вообще здесь происходит. И достаточно быстро узнал.
