Нет, я конечно смог бы справится и быстрее, однако в этом случае повреждения разума были бы гарантированы, поэтому я и занимался тем, что искал пути, по которым можно безболезненно подключится к мыслетоку таким образом, чтобы связь работала в обоих направлениях. Даже процентов пять поднял в освоении аспекта Разума, а ведь подобных результатов я достигал за четыре или пять лет активного создания живых организмов. Жаль, правда, что это лишь разовый скачок в развитии, так как дальше будет все меньше прироста процентов, показывающих закрепление полученного опыта. Так вот, подключившись дриару с непривычным именем Долиэл, я некоторое время занимался подслушиванием разговоров между членами группы, а также просматривал всплывающие воспоминания. До самого хранилища памяти я так и не дотянулся, так как столь сложная структура просто не выдержала бы моего, пока еще, неумелого вмешательства, поэтому и довольствовался малым.
Итогом моей "шпионской" деятельности стала добыча довольно большого количества информации как важной, так и не очень. Самым главным, что я для себя выцепил, был способ их сюда попадания а также выводы, сделанные за счет данных навигационного модуля, ведь, как по мне, случайные поселенцы гораздо лучше полноценной экспансии, а то кто знает что решили бы ученые космической цивилизации касательно моего существования. Ну а так я хотя бы понял куда ушла энергия от прорыва на десятый ранг…
Дальше же, узнав о положении Долиэла в иерархии беженцев и сочтя его подходящим кандидатом на роль контактера, я принялся за окончательное налаживание связи с моей стороны. Не скажу что это было сложно, скорее муторно, однако времени заняло прилично, ведь если подключился для дриара я абсолютно незаметно, то вот попытки передать какую-либо мысль не могли остаться без внимания. А как иначе, если на ухо тебе шепчут странные голоса, а иногда и до визуальных галлюцинаций доходило? Именно поэтому мне приходилось устанавливать адекватное соединение в несколько подходов с большой периодичностью, чтобы сильно не напрягать цель контакта.
И вот, еще через несколько дней калибровки "телепатического канала", мне удалось наконец передать нормально оформленную мысль, правда сделал я это ночью, случайно разбудив своего подопечного. Ну не ожидал я, что ментальный "голос" будет на столько сильным, но раз связь установлена, а контактер уже не спит то можно начинать переговоры, заходя сразу с козырей:
— Я могу помочь вам выжить…
Мда, вышло как-то пафосно, и вот, казалось бы, всего пять слов сказал, а в голове у Долиэла сразу возник целый ворох мыслей с легкой примесью паники. Тут я его понимаю, не каждый день слышишь у себя в голове чужой голос, обещающий спасение. Остается надеется, что в религии этого народа не было концепта демона-искусителя или кого-то подобного, иначе диалог может пойти в ненужном направлении. О, он уже успокоился и, вроде, даже отвечает… а нет, просто монолог ведет.
— "Так, видимо отравление перевалило за критическую точку, а то уже полноценные слуховые галлюцинации появились…"
— Я не галлюцинация.
— "Да уж, разговаривать со своими глюками то еще занятие, особенно если они тебе отвечают."
— Я не глюк, я — Лес, что окружает вас.
— "Ну, знаешь, это звучит еще более бредово, чем сам факт того, что я веду разговор со своими глюками. "
— Тем не менее я — это я, и я могу вам помочь.
— "Ну раз можешь, то помоги, чего тебе тогда от меня надо?"
— У моей помощи будут слишком заметные последствия. Ты и твои товарищи могут испугаться происходящих с телом изменений.
— "И поэтому ты проник в мой разум, чтобы я предупредил остальных?"
— Именно так.
— "А вот фиг тебе, я пока что в здравом уме и не собираюсь слушать голоса в голове, а теперь оставь меня в покое и дай поспать."
— Значит тебе нужны доказательства реальности происходящего?
— "Да, и при этом такие, чтобы были бы видны остальным, а не только моему галлюцинирующему мозгу."
— Тогда как на счет этого?
После этих слов я собрал природную энергию и, уже привычным образом, принялся за выращивания дерева из корней в центре поляны, на которой был разбит лагерь дриаров. Сам лагерь, кстати, был обустроен весьма скромно и состоял из одних мягких лежанок, сделанных из сорванной травы. На них как раз и спали остальные члены экипажа, так как ночью в лесу было все еще тепло, в то время как на открытой местности температура была более прохладной. Дриар же согревали их комбинезоны, без проблем выдерживающие столь незначительную отрицательную температуру.
