Высоченная трава и разросшиеся кусты окружили Арефея. Он хотел броситься назад, долбить кулаками в дверь больницы, пока ему не откроют. Но рассмотрев здание больницы снаружи, увидев ржавые металлические панели, грубо прикрепленные к стенам и местами едва висевшие, а то и вовсе отвалившиеся, он перехотел возвращаться. Арефей глубоко вдохнул, сжал кулаки и неуверенно зашагал вперёд.
Уже через несколько минут он не видел вокруг ничего кроме травы, которая будто проглотила его. Пытался идти вперёд, раздвигал её руками и то и дело получал по лицу веткой притаившегося в траве куста.
Арефей уж почти отчаялся, когда наконец-то вышел к высокому забору. Только ни ворот, ни калитки в нём не было. Шагая вдоль забора, он спотыкался о тяжёлые валуны, пару раз запутался в каких-то корнях. Потом влез в очередные заросли кустов, протолкнулся через них расцарапав всё тело.
И вывалился в ужасно красивом саду. Трава здесь была аккуратно подстрижена, как и кусты. Росли цветы вдоль мощённых камнем тропинок. Стояли скамейки, плескались фонтаны. Арефей прижался спиной к кустам, из которых только что вылез. По саду прогуливались люди в чистой белой одежде и каждого сопровождал санитар. Сопровождал не так, как недавно Арефея, а шёл рядом, помогал сесть или встать, и открывал дверь, чтобы впустить в высокое здание.
«Красиво как, — подумал Арефей, задрав голову рассматривая здание. — Это корпус для знати, наверное».
Арефей на цыпочках прокрался вдоль забора, внимательно следил за людьми, чтобы на глаза никому не попасться. Вскоре он отыскал ворота, почти ползком пробрался к ним, скрываясь за небольшим каменным ограждением, прошмыгнул и оказался…
«Я что, в городе?!»
Почему-то этой мысли затряслись ноги и захотелось скорее убежать. Но он засмотрелся на проехавшую мимо него машину и присвистнул. Потом любовался костюмами мужчин и платьями женщин, прогуливавшихся по тротуарам. Понравились Арефею их наряды, светящиеся, переливающиеся. Были рядом с ними и одетые куда проще, в обычные комбинезоны, но чистые и новые. Не ровня тому грязному, что был на Арефее. Он ещё и разодрал его весь о проклятые ветки!
Осторожно передвигаясь, стараясь не обращать на себя внимание, Арефей подошёл к высоченному зданию, задрал голову, чтобы рассмотреть, где у него крыша. И чуть не вскрикнул.
«Небо! Зелёное! Оно же… такое и есть. Но голубое же должно быть! Нет! Ерунда! Всегда было зелёным», — мысли метались, словно у него в голове спорили двое.
Прищурившись, Арефей увидел на небе узоры.
«Какие ещё узоры? Руны! Да, магические руны, такие же, как на жилете у того мужчины… мужчины… Да это же был господин учитель, боярин Петтрий Горпорт, помощник главы школы».
Арефей широко улыбнулся от того, как быстро он всё вспоминал. Наверное, правильно доктор говорил, что у него после падения ни царапины и он будто заново родился. Пережил то, от чего должен был сразу же помереть.
Дальше вспомнилось, как господин учитель рассказывал им про купол, на котором и блестели те самые руны. Что купол создали верховные маги и держат его, чтобы спасти жителей княжества от заражённых и Пустошей. Кто такие заражённые и как выглядят Пустоши Арефей вспомнить не смог. Наверное, и не знал никогда. Но вот при одной мысли о них стало не по себе. Что он точно знал — в Пустоши уходить нельзя, иначе заражённые убьют сразу же, как только увидят.
Арефей так и шёл, задрав голову, вглядываясь в руны, представляя верховных магов, постоянно колдующих, чтобы купол не исчез. И не заметил перед собой даму, в которую влетел на полном ходу.
Дама громко охнула. Медленно опустила голову и, увидев Арефея, скривилась так, будто в лужу с помоями наступила.
— Простите… — пискнул Арефей, увидел её дорогое платье и добавил: — ваше благородие.
— Ужас! — Дама скривилась ещё сильнее — Кошмар! Стехон! Стехон!
Все вокруг оглянулись на крик. Шумно раскрылась дверь дома неподалёку и наружу выскочил одетый в комбинезон крепкий мужик с густой чёрной бородой. При виде него у Арефея ноги сами побежали, унесли в ближайшую подворотню, где он, тяжело дыша, спрятался в закутке.
— Где ты ходишь, недоумок?! — донёсся до Арефея крик дамы.
— Так ведь, ваше благородие, в магазин по вашей воле ходил же, — испуганно пробасил мужик.
— Недоумок! Меня чуть было не убили и не обесчестили, а он шляется непонятно где!
— Виноват! Виноват, ваше благородие! Кто посмел?! Я ж его это самое да прям сейчас!
— Уймись, недоумок! Возвращаемся в имение. Пусть боярин решает, что с тобой делать.
Они ушли в другую сторону. Арефей выдохнул. И снова задержал дыханье, когда услышал завывания откуда-то издалека.
— Прекрати реветь, Стехон! — голос дамы тоже был уже совсем далеко.
Арефею с новой силой захотелось убежать. Он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Память снова зашевелилась в голове, теперь он вспомнил, что надо было выходить с другой стороны больницы, а не через корпус для знати.
