— Мы должны остановиться. Я знаю, я начал это, но мы должны остановиться, — сказал он, прерывая поцелуй, делая от неё шаг назад. — Ты с Джейкобом, и я клянусь, я не намеревался встревать между…
— Нет.
— Что?
— Нет. Я не с Джейкобом, — произнесла она, качая головой.
Он просто стоял там, глядя на неё с раскрытым ртом.
— С каких это пор? — спросил он пару секунд спустя, подозрительно приподнимая бровь.
— Э-э-м… Мы расстались пару недель назад.
Правда в том, что Джейкоб заметил, что что-то не так. Он был не уверен и он ревновал, особенно к её главному партнёру по сериалу. Ну, Джейкоб не был так далёк от истины.
— Почему ты ничего не сказала? — с недоверием спросил Финн.
— Я… я не знаю. Здесь просто нечем гордиться. На самом деле, только моя семья знает об этом.
— Как ты могла держать это в секрете? Я имею в виду, даже фанаты не знают? А ведь иногда они, как маленькое ФБР, Богом клянусь.
— Я знаю, — усмехнулась она. — Ну, мы всё ещё… друзья, наверное? Если можно так выразиться. Это сложно. Хотя я всё ещё лайкаю и комментирую его посты, так что, может быть, поэтому никто в действительности ничего не заметил. Люди всегда считают, что они знают лучше, чем мы, что происходит в наших отношениях, просто потому что они видели, что я лайкала или не лайкала его посты, — сказала она. Спустя некоторое время она продолжила, застенчиво глядя на него: — И… я хотела извиниться. Прости. Я не хотела причинять тебе боль. Я была глупой, и… Я не должна была… Вот так тыкать тебе в лицо этими отношениями. Мне действительно очень жаль. Я была так слепа… И упряма… И… — она затихла.
— Всё в порядке, — тихо сказал он; его ладони нежно поглаживали её предплечья.
— Но… Я продолжала делать это, потому что… Потому что иногда были моменты, когда я ненавидела тебя… А иногда… Иногда… — Она прикусила свою губу.
Прошла пара секунд; утверждение Милли повисло в воздухе между ними. Он был первым, кто нарушил тишину.
— Иногда что? — подсказал он.
— Иногда… Я любила тебя так сильно, что я не знала, возможно ли любить кого-то насколько сильно, — тихо сказала она, глядя на него. — И я думала, может, если я заставлю себя встречаться с кем-то… Я перестану любить тебя.
Она думала, что, если она будет в отношениях, это поможет ей забыть о нём, но нет. Это было даже хуже. Господи, она была так глупа. Она одурачила себя, Джейкоба, Финна… И Джейкоб был прав, что у неё были чувства к Финну. Даже когда они постоянно враждовали и причиняли друг другу боль. Она по-прежнему любила его.
— И? — осторожно спросил он.
— И это не сработало.
У неё даже не было шанса сказать что-либо ещё, потому что её взор внезапно стал размытым благодаря чёрным кудрям и бледной веснушчатой коже. Она почувствовала его губы, напористо прижимающиеся к её, позволяя ей привыкнуть к ощущению, а в следующее мгновение его руки обхватили её щёки — он целовал её, как если бы всему миру пришёл конец.
Это было так, будто они впервые получили на это шанс, и они не хотели никогда останавливаться.
Не то, чтобы она была против этого.
Пару секунд спустя он отстранился, затягивая момент.
— Может быть, мы должны быть помедленнее, а? — нерешительно спросила она.
— Мы ходили вокруг да около годами, Миллс, — сказал он, тяжело дыша.
— Достаточно справедливо, — согласилась она, притягивая его, чтобы снова поцеловать.
Его руки обняли её за талию, притягивая её ещё сильнее. Он углубил поцелуй, пока её руки были вокруг его шеи, а кудри — под кончиками её пальцев.
Он немного отстранился и прижал свой лоб к её. Она смотрела на него, а её глаза сверкали от счастья.
Он решил, что этот вид его любимый.
Розоватые щёки, широкая улыбка, спутанные кудри.
Да. Определённо его любимый. Так она была самой красивой.
— Воу, — улыбнулся он, а его дыхание задело её губы.
— Что? — спросила она, немного удивлённая.
— Я просто… Я не могу поверить, что я целуюсь с Милли Бобби Браун, — сказал он, сталкиваясь с ней носами.
— О чём ты говоришь? Мы целовались миллион раз. Мы целовались два часа назад, — усмехнулась она.
— Нет, нет, нет, это всё было Милевен. Не считается.
Она улыбнулась.
— Ладно, тогда я не могу поверить, что я целуюсь с Финном Вулфардом.
Он приподнял бровь.
— Меня прямо сейчас никто не целует.
— Ох, заткнись, — сказала она, прижимая свои губы к его.
У неё было это огромное смехотворное желание целовать его и никогда не останавливаться, но бормотание за дверью вернуло их обратно в реальность.
— Ладно, Филли, один час прошёл, ваше наказание закончилось! — сказал Росс, открывая дверь.
Он был удивлён, увидев Финна и Милли, быстро отскакивающих друг от друга; их лица слишком красные, их волосы в полном беспорядке, а их губы слишком опухли — ошибиться было трудно.
— Детишки… Я сказал «Разобраться», а не «Зацеловаться», — со знанием дела хмыкнул Росс.
— Ох, дай им передышку. Они, должно быть, ослышались, или что-то вроде этого, — сказал Мэтт, сдерживая смех.
— Э-э-эм… Мы не… — заикался Финн.
— Мы-ы должны идти, — произнесла Милли, с надеждой глядя на Финна.
— Верно, — согласился он.
Милли рванула к выходу с Финном позади неё; оба пытались не смотреть в лица братьев.
