И вся эта мышиная возня с убыточным моим бизнесом, с жалкими моими потугами хоть как-то удержаться на плаву… всё это вдруг показалось мне таким мелочным, не заслуживающим того даже, чтобы о нём особо беспокоиться.
Как и эти две инспекторши, перед которыми я вчера так лебезил…
– Так что мне им сказать, Станислав Адамович?
– Скажи им… – мстительно начал я и тут же, передумав, добавил: – А впрочем, ничего не говори! Дай лучше им телефончик на минуточку. Неважно кому…
Телефон взяли, и через мгновение у моего уха громыхнул негодующий женский голос. Даже не голос, а глас!
– Что вы себе позволяете, позвольте вас спросить?!
Я так и не понял, кому из двух представительниц проверяющего ведомства принадлежал сей глас: пожилой миловидной или страшненькой молоденькой. Скорее всего, последней.
– Имейте в виду, что с нашей организацией так шутить…
– Имею, имею! – перебивая её, рявкнул я в трубку. – И вас, и вашу организацию! И пошли вы обе, знаете куда…
Впрочем, уточнять я не стал. Просто нажал на красную кнопочку мобильника.
Потом сунул его в карман и вышел в зал. Некоторое время стоял там молча и неподвижно, задумчиво созерцая многострадальный журнальный столик, вернее, разбросанные по его исцарапанной поверхности остатки вчерашней роскоши.
А неплохо же мы вчера посидели! Вон сколько пустой посуды под столиком валяется…
То-то, башка гудит! И не просто гудит, прямо-таки на части раскалывается!
Да что она значит, раскалывающаяся моя башка по сравнению с тем чувством свободы и облегчения, которое я сейчас испытывал.
И с теми перспективами, которые передо мной, вроде как, начали намечаться…
И просто с тем, что я, наконец, свободен!
Свободен от бизнеса, к которому никогда не лежала душа, от всей той мелочной и суетной жизни, которую вёл вплоть до вчерашнего дня! Свободен от всего своего прошлого и даже настоящего!
Впрочем, с настоящим всё не так просто. А что меня ждёт дальше, этого я и вообще себе пока не представлял.
Елена (именно так назвала себя вчера рыжеволосая девушка) сказала мне на прощание…
Блин, а что же именно она мне сказала? Когда я напомнил ей, что в записке было упомянута Ольга, ушедшая в какое-то зазеркалье…
– Не спеши! – сказала Елена, пригубливая коктейль из шампанского с коньяком. – Всё узнаешь в своё время. А пока знай только, что я спасла твою жизнь! Ведь эта тварь с обликом твоей жены, она ведь тебя убивать приходила. И если бы не я…
– Спасибо! – сказал я, залпом выпивая рюмку ледяной водки (водку я притащил прямо из морозилки и именно для себя, ибо коньяка оставалось не так уж и много, а пить вино моя гостья отказалась категорически). – Огромнейшее тебе спасибо!
– Не за что!
– Ну, всё-таки! Жизнь мне спасла…
Как-то слишком уж легкомысленно отнёсся я к сообщению о том, что меня хотели, вроде как, укокошить. Вот только за что?
И тут до меня, несмотря на имеющееся уже опьянение, дошло. Да так дошло, что я, поставив рюмку на стол, внимательно посмотрел на Елену.
– Скажи, – начал я, не сводя с её лица пристального своего взгляда, – когда ты передавала мне это письмо, ты уже знала, что на меня последует покушение?
Елена ничего не ответила, но я и без её слов обо всём уже догадался.
– Или меня решили убить именно потому, что ты назначила встречу?!
– Ну, вот ты сам себе и ответил, – невозмутимо проговорила Елена, по-прежнему продолжая смаковать содержимое своего фужера маленькими глоточками. – А разве это что-либо меняет?
– Меняет! – рявкнул я, вновь наполняя рюмку. – Да ещё как меняет! Спасительница, блин! Сначала подставила под удар, а потом, видите ли, спасла! А если бы ты не успела?! А если бы Веро…
Поперхнувшись, я замолчал, поняв вдруг, что никак не могу представить пришедшего ко мне вчера монстра иначе, как Вероникой. Настоящей Вероникой, почему-то заявившейся ко мне вчера…
И хоть уже знал, что бывшая моя супружница находится дома и в добром здравии, ибо всё же не удержался, дабы не осчастливить её своим ненужным звонком. Просто, чтобы узнать, чем она в настоящее время заниматься изволит?
За что получил краткий и весьма язвительный ответ, что это, мол, не моё собачье дело! И высказав всё это единым духом, Вероника тут же положила трубку.
И я тоже положил трубку, ничуточки, впрочем, на неё за это не обидевшись. Главное, что моя бывшая спутница жизни тут совершенно не причём, а то выходило и вообще нечто несуразное! Вроде того, что я несколько лет прожил в браке с каким-то ящероподобным монстром…
– …если бы эта тварь прикончила меня прямо у входа?! – ещё громче рявкнул я и так стукнул рюмкой о стол, что выплеснул на его поверхность не менее половины содержимого. – Сразу же после того, как я открыл дверь… что тогда?!
– А зачем ей тогда принимать облик бывшей твоей жены? – вопросом на вопрос ответила Елена. – Тогда любой облик вполне подошёл бы: почтальона, сантехника, милиционера, в конце концов…
Последние слова она произнесла с какой-то мрачной задумчивостью, но я даже не обратил на это никакого внимания. Не до того мне было…
– Так эта тварь могла принять любой облик? – в какой-то даже растерянности пролепетал я.