– Ежели только… – повторил я. – Что, ежели только?
– Ежели у тебя ничего не получится!
Этим она меня окончательно достала.
– Что именно у меня должно получиться?! – заорал я, дёргаясь всем телом. – Чего вы от меня ждёте, и кто мне угрожать может?! Да объясни ты толком!
В это самое время со стороны холмов донёсся до нас странный какой-то звук, низкий, протяжный и до того тоскливый, что у меня даже мурашки по коже побежали. Потом звук повторился… ещё и ещё…
– Вот оно! – обернувшись в сторону звука, закричала Энжел. – Началось! Видишь?
Но я ничего не видел. Пока, во всяком случае.
А потом увидел. Странное что-то. Фиолетовые холмы вдали дымились, словно заправские вулканы.
А белоголовые уже выскакивали из лесной чащи. И что было сил бежали сюда, в нашу с Энжел сторону. Но их уже настигали дымы холмов-вулканов… впрочем, никакие это были не дымы…
Это были какие-то крылатые существа и били они сверху в белоголовых такими знакомыми мне оранжевыми молниями.
Били метко, ибо белоголовых оставалось всё меньше и меньше, но все уцелевшие продолжали упрямо бежать сюда, в нашу сторону. А потом из высокой густой травы принялись выскакивать затаившиеся там ранее белоголовые. И, как бы заменяя собой павших, тоже устремились сюда, к нам.
«Приманка» подводила добычу к «крючку» с наживленными на него «червячками», а «крючок» даже представления не имел о своих дальнейших действиях. Тем более, при таком огромном количестве крылатых существ, да ещё и сплошь вооружённых молниями.
Их было не тысячи даже… десятки, сотни тысяч! И когда передние из существ подлетели достаточно близко, я вдруг с ужасом узрел, что это всё те же лемуры. Вот только почему-то с крыльями за спиной…
«Приманка» была уже использована полностью, «червячки» (то бишь, четыре девушки и Энжел) готовились принять последний бой (хотя, какой там бой, избиение, скорее!). Взявшись за руки, все пятеро вышли вперёд, как бы заслоняя меня собой… а в них уже летели первые оранжевые сгустки.
И тут что-то произошло. Со мной произошло, вернее, с моим организмом. Этого нельзя было объяснить словами, это нужно было просто прочувствовать. Какая-то невнятная буря восторга от ощущения своего всемогущества и, одновременно с этим, вседозволенности.
Я знал, что мне предстояло сделать сейчас, и я принялся совершать именно то, что и ожидала ранее от меня Энжел. Правда, понятия не имея даже, каким таким образом это у меня получалось.
Огромный, сверкающий и радужно переливающийся пузырь возник вдруг вокруг столба, надёжно укрыв собой и меня, и стоящих передо мной девушек. И сотни оранжевых сгустков, вонзившихся в непреодолимую эту преград, просто исчезли в ней без всякого даже следа.
Эта же участь постигла и первых из подлетевших к пузырю лемуров. А также последовавших вслед за ними… а потом ещё и ещё…
И я не сразу сообразил, что лемуры не просто бросаются бездумно на радужно переливающееся это препятствие, в надежде хоть каким-то образом его преодолеть. Наоборот, они всячески пытались избежать соприкосновения с ним, обогнув стороной коварную эту ловушку или, развернувшись в воздухе, просто удрать восвояси. Но ничего у них не получалось, ловушка неумолимо притягивала к себе и лемуры просто прилипали к ней, отчаянно извиваясь и обречённо вопя при этом от боли и ужаса. А потом исчезали бесследно…
Это продолжалось довольно долго, но вот, наконец, оболочка поглотила самых последних из лемуров и а мгновение ока исчезла сама, просто растворившись в воздухе. А Энжел, наконец-таки, соизволила повернуться в мою сторону. И девушки (они же – червячки) тоже.
– У тебя всё получилось, Стас! – воскликнула Энжел, и в голосе её я уловил восторг, и, одновременно, какое-то опасение, что ли. – Как я и предполагала!
– Приятно слышать! – буркнул я, постепенно приходя в себя. – А теперь, будь добра, освободи меня от этих долбанных пут!
Ничего на это не ответив, Энжел лишь удивлённо на меня посмотрела, и я немного запоздало понял, что никаких пут на мне уже нет. И столб тоже исчез, словно и не было его вовсе…
А потом я сообразил, что и сама местность вокруг чудесным образом изменилась. И нет уже позади тростниковых хижин, а впереди густых зарослей с фиолетовыми холмами вдали. А вместо них…
Передо мной простирался город с пальмами, очень напоминающий город из моего недавнего сна. А может это и был тот самый город?
– Это твой мир? – спросил я Энжел, но она так ничего мне и не ответила.
– Идём со мной! – проговорила она вместо этого и, ухватив меня за руку, почти силой повлекла за собой, в сторону города. – Не бойся, ничего плохого тут с тобой не случится!
Последние слова Энжел меня слегка позабавили.
Это мне-то бояться, такому всемогущему?!
И тут я с некоторым даже беспокойством ощутил, что всемогущество моё вроде как и не ощущается больше внутри. Исчезло оно, всемогущество… исчезло так же внезапно и непонятно, как и проявилось ранее. Вот только навсегда исчезнуть оно соизволило или…
Или до следующей экстремальной ситуации?
Второе, разумеется, было для меня предпочтительнее.