Перевернутый город полностью

– Как вы думаете… – Ильза заколебалась. Она не была уверена, что хочет знать ответ на свой вопрос, но собственные слова заставили ее задуматься. Они все поступали так, как считали нужным, и делали то, что считали правильным. – Если бы Гедеон знал, что делает амулет на самом деле… Как вы думаете, он бы все равно стал использовать его?

Если Орен и был озадачен вопросом, то не подал виду. Он смотрел вдаль, задумавшись.

– Мальчик, каким я его знаю, убедился бы, что амулет седьмой провидицы брошен на дно океана, узнай он, какие страдания артефакт причиняет… Но я не уверен, тот ли это Гедеон.

– Что вы имеете в виду? – спросила Ильза, и неуверенность Орена заставила ее почувствовать себя неловко. – Он изменился?

– Что ж, Гедеон, которого я знаю, очень похож на тебя. Решительный, прямолинейный, уверенный в себе, – начал Орен, и в его глазах сверкнуло веселье. – Иногда чрезмерно упрямый. Однако в последнее время он был сам не свой. Постоянно думал о своем положении, силе, постоянно во всем сомневался.

Ильза впилась в Орена взглядом.

– Откуда вы знаете?

– Потому что я во многом похож на тебя. Я наблюдаю и замечаю вещи, которые другие не замечают. Его идея с межфракционным советом меня не удивляет. Я не думаю, что он хочет править так, как это делали Эстер и ее предшественники. – Орен сделал паузу, покачал головой и снова начал вертеть в руках очки. – Единственное, что мне не удалось заметить, – то, как Гедеон сам себя загнал в угол. Он ото всех отгородился, был постоянно отвлечен какими-то мыслями. В то время я этого не понимал, но… Мне жаль такое говорить, но, я думаю, он начал терять к нам доверие.

Ильза почувствовала, как грусть в словах Орена передалась ей, как будто Гедеон отвернулся и от нее тоже.

– Вы не думаете, что именно поэтому он собирался набирать новых волков в Милл-Уотере?

– Именно так я и думаю.

– Тогда почему он отменил поездку?

Орен слегка нахмурился.

– Она была запланирована на день, когда произошло нападение.

Ильза моргнула, пытаясь стряхнуть с себя недоумение.

– Но ведь нападение произошло после отмены поездки. Илиас думал, что время поездки не совпало с днем нападения, потому что его обманули информаторы.

– Илиас ошибается, – сказал Орен. – Поездка была запланирована на вечер того же дня, когда на нас напали.

Ильза мотнула головой.

– Кассия сказала то же самое, – что нападение было совершено после отмены поездки.

Орен потянулся за своей записной книжкой.

– Ничего. Я всегда считал, что секрет надежной памяти скрыт в том, чтобы все записывать. Так что давай посмотрим. – Орен лизнул палец и начал листать страницы в обратном порядке. – Вот. Гедеон уезжает в Милл-Уотер в семь вечера двадцать девятого.

Орен положил записную книжку на стол и повернул ее к Ильзе.

– Это же день нападения, – пробормотала Ильза. – Но тогда почему…

Дата.

Зал заседаний.

Ильза ахнула и вскочила со стула, напугав тем самым Орена.

– Что такое?

– Ничего. Я… Мне нужно идти.

Орен не попытался остановить ее, когда она рывком открыла дверь и ринулась к лестнице. Уединение. Ей нужно было остаться одной.

Девушка бежала так быстро, что, когда врезалась в поворачивающего из-за угла Файфа, столкновение вышло настолько сильным, что парня впечатало в стену.

– Ильза, почему ты… Боже, ты бледная, как мел.

– Файф, – выдохнула она, схватив его за переднюю часть рубашки. – Поездка Гедеона в Милл-Уотер. Та, которую отменили. Ты знал про нее?

Файф нахмурился, его рот открылся и закрылся.

– Ну, да. Он упомянул о ней, но попросил держать все в секрете.

– Когда она должна была состояться?

– Не уверен, что помню. Почему ты…

– Она была запланирована на утро или на вечер? – продолжала гнуть свое Ильза.

– Рано. Точно утром. Ильза, почему…

Но Ильза уже бежала прочь в комнату Гедеона, чтобы скрыться от посторонних глаз. Она заперла за собой дверь на ключ и на всякий случай подперла ручку стулом.

Тяжело дыша, девушка опустилась на колени и запустила трясущиеся пальцы под матрас. Она хранила схему там же, где ее нашла. Листок был сложен пополам и спрятан между страниц в книге, чтобы не помяться.

Дура. Ильза чувствовала себя очень глупой.

Схема никак не была связана с амулетом. Она была связана с отмененной Гедеоном поездкой.

В записной книжке Орена записано, что поездка была назначена на вечер нападения, приблизительно через двенадцать часов после того, как в дом вломились мятежники. Орен записал время со слов Гедеона, значит, вероятность, что он допустил ошибку, была ничтожно мала.

Но лейтенант, по идее, должен ошибаться, потому что Кассия и Илиас сказали, что поездка должна была состояться до нападения. У них обоих имелись причины, чтобы запомнить все точно. Из-за мятежников у Кассии пропал шанс помириться с Гедеоном, а Илиас занимался организацией дополнительной охраны Зоопарка.

Ильза начала соединять лейтенантов с числами и символами. Дата Орена была ей известна. Кассия и Илиас попадали под два-три возможных варианта, но если геометрическая фигура в середине означала то, что Ильза думала, то…